Европейский Суд вынес решение по нашей жалобе и (единогласно) признал, что увольнение председателя профсоюза работников ГУП «Московский метрополитен» за критику метрополитена в СМИ нарушает ст. 10 Европейской Конвенции.
Такое решение было ожидаемо. Свобода выражения мнения была бы исключительно иллюзорной, если бы работодатели могли произвольно ограничивать ее своими локальными актами.
AFFAIRE GADZHIYEV ET GOSTEV c. RUSSIE (Requêtes nos 73585/14 et 51427/18)
Суд объединил две жалобы – Гаджиева (интересы представляет Правозащитный центр «Мемориал») Гостева (его интересы представляет московский юрист Юлия Островская).
Заявителей объединяет то, что они обсуждали недостатки в работе полиции (Гаджиев) и безопасность Московского метрополитена (Гостев), и что за привлечение внимания общественности к существующим проблемам заявители были уволены.
Оба заявители утверждали, что дисциплинарные меры, принятые против них работодателями, несоразмерно нарушили их право на свободу выражения мнения — статью 10 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
Гаджиев и Гостев обжаловали увольнения в российских судах, однако суды не приняли доводы заявителей.
Гостев — сотрудник Московского метрополитена, председатель профессионального союза работников ГУП «Московский метрополитен».
После нескольких технических аварий, вызвавших перебои в движении, СМИ опубликовали интервью с Гостевым в качестве председателя профсоюза работников метрополитена.
Администрация Московского метрополитена обвинила Гостева в нарушении положений правил внутреннего трудового распорядка, согласно которым сотрудники метрополитена обязаны согласовывать со Службой внешних связей любые коммуникации со СМИ.
На этом основании Гостев был уволен.
Дело Гостева интересно в трех основных аспектах:
1. Суд счел, что в настоящем деле увольнение заявителя представляет собой вмешательство со стороны органа государственной власти, поскольку управление метрополитена является юридическим лицом публичного права (по-русски «государственное унитарное предприятие»), находящимся под надзором государства, руководство которого им назначается, которое предоставляет общественные услуги и обладает монополией. Таким образом, поскольку вмешательство является делом государственного органа, целесообразно проанализировать жалобу с точки зрения негативных обязательств государства.
2. Возможности для ограничения дебатов по вопросам, представляющим общественный интерес весьма ограничены. Произвольное и чрезмерное ограничение свободы выражения мнения со стороны работодателя несовместимо с требованиями ст. 10 «Свобода выражения мнения».
3. Члены профсоюза должны иметь возможность высказать своему работодателю свои требования, направленные на улучшение условий труда внутри компании. Профсоюз, который не сможет свободно выражать свои идеи в этом отношении, будет фактически лишен необходимых средств для действий.
Следовательно, чтобы гарантировать реальный и эффективный объем прав профсоюзов, национальные власти должны обеспечить, чтобы непропорциональные санкции не мешали представителям профсоюзов выражать свое мнение и защищать интересы своих членов.
Суд также принял во внимание сдерживающий эффект, который столь суровое наказание в отношении Гостева могло оказать на других работников в этом секторе.
Положив на одну чашу весов вред, причиненный работодателю (в этом деле гипотетический), а на другую — общественный интерес в получении информации, раскрытой г-ном Гостевым в прессе, реальность раскрытых им фактов и суровость назначенного ему наказания, Суд пришел к выводу, что вмешательство в право г-на Гостева на свободу выражения мнения не было «необходимым в демократическом обществе».
В отличие от российских судов, Европейский Суд указал, что, учитывая содержание рассматриваемых заявлений в СМИ и статус заявителя как профсоюзного лидера, у Суда нет оснований сомневаться, что мотивом заявителя было привлечение внимания общественности к условиям безопасности, в которых работали сотрудники метро, а также к безопасности пользователей метрополитена.
Гаджиев — полковник полиции вневедомственной охраны МВД Дагестана обратил внимание на проблему коррупции в правоохранительных органах региона.
В 2004 году он создал при полиции организацию «Офицеры против коррупции».
Гаджиев дал интервью нескольким СМИ о проблеме коррупции в правоохранительных органах.
Гаджиева обвинили в том, что он не согласовал эти заявления с управлением информации и общественных связей Министерства внутренних дел Республики Дагестан.
На этом основании Гаджиев был уволен.
Суд решил, что государство должно выплатить заявителям по 7 500 евро каждому в качестве компенсации морального вреда плюс компенсацию расходов на юридическое сопровождение.
Гаджиеву пришлось ждать решения ЕСПЧ 9 лет, Гостеву — 6 лет.
По делу Гостева также были приобщены замечания третьих сторон — Международной конфедерации профсоюзов (ITUC) и Европейской конфедерации профсоюзов (ETUC).
