В российских компаниях образовался дефицит сотрудников, поскольку многие трудовые мигранты вернулись на родину из-за эпидемии коронавируса. Недостаток рабочей силы фиксируют примерно 40 процентов российских компаний, особо острым оказался дефицит курьеров и водителей такси. Об этом пишут «Ведомости» со ссылкой на исследование Центра стратегических разработок (ЦСР). Эксперты уверены, что большинство мигрантов вернутся в Россию при первой же возможности, несмотря на низкие зарплаты и тяжелые условия труда. Пока же дефицит сотрудников может привести к повышению стоимости услуг в тех сферах, в которых они были заняты.
По данным исследования, среди плюсов найма мигрантов 40 процентов работодателей назвали возможность экономить на зарплатах. Еще 35 процентов опрошенных отметили, что они лучше работают, чем россияне, а 19 процентов работодателей сказали, что мигранты реже увольняются.
В числе минусов компании назвали разницу в менталитете и языковой барьер. Но главными препятствиям для найма мигрантов на работу оказались бюрократические сложности с трудоустройством. Об этом сказали 37 процентов опрошенных работодателей. Еще 27 процентов компаний пожаловались, что приходится нести расходы на оплату жилья и транспорта для мигрантов.
Согласно результатам исследования, из-за отъезда мигрантов в ближайшее время около 15 процентов компаний могут столкнуться с необходимостью оперативного подбора новых кадров, так как на фоне снижения количества иностранных рабочих вырос спрос на новых сотрудников. Эксперты заявляют, что уже сейчас особенно острый дефицит отмечается среди курьеров и водителей такси.
Доставщик еды в Москве.
Ранее мэр Москвы Сергей Собянин заявил, что в Москве в 2020 году число трудовых мигрантов сократилось примерно на 40 процентов. Об оттоке рабочей силы из-за пандемии и кризиса Собянин говорил и ранее и предупреждал, что снижение числа мигрантов может привести к трудностям зимой. Многие мигранты заняты на уборке снега. Для решения проблемы, по словам мэра, московские власти привлекают людей из других российских регионов.
Радио Свобода обратилось за уточнениями в компанию «Яндекс». PR-менеджер фудтех-направления «Яндекс.Такси» Александра Метелева сообщила, что компания «пока воздержится от комментариев».
Генеральный директор службы курьерской доставки в России «Достависта» Татьяна Борзых рассказала Радио Свобода, что особого дефицита рабочей силы в компании нет. Однако общая доля зарубежных трудовых мигрантов, по ее словам, действительно немного снизилась:
«Курьеры все равно назначаются, а заказы выполняются»
– Мы отмечаем небольшое снижение доли трудовых мигрантов в общем количестве курьеров нашей платформы. До эпидемии COVID-19 их было примерно 25 процентов от общего числа сотрудников, сейчас примерно 20. Я вижу, что назначение на заказ становится немножко дольше, чем раньше. Поэтому нехватка, скорее всего, немного ощущается. Однако курьеры все равно назначаются, а заказы выполняются. Поэтому я думаю, что если есть спрос, то будет предложение, независимо от того, кто выполняет заказ.
Что касается различий в зарплатах – у нашего сервиса есть своя специфика работы. В течение всего дня курьер может выполнять как много заказов, так и один-два заказа, часто просто по пути с работы или на учебу. Российские граждане часто используют наш сервис для подработки. Если попытаться анализировать данные о зарплатах, средний заработок российского гражданина и иностранца просто зависит от количества заказов, которые они выполняют. Если учесть, что не все российские граждане работают целый день, их средний заработок даже пониже, чем у иностранного работника.
Курьер в Москве во время эпидемии.
– Что доставляют ваши курьеры и как на вашу деятельность повлияла эпидемия COVID-19?
«В эпидемию люди теряли работу, и количество курьеров у нас увеличилось»
– Наши курьеры в основном доставляют заказы интернет-магазинов, больше 80 процентов заказов – это заказы для бизнеса. Иногда они выполняют частные поручения: к примеру, обычные люди, наши клиенты, могут оправить нашего курьера постоять в очереди, забрать вещи из химчистки или привезти забытые вещи. Мы заметили, что в момент первой волны самоизоляции очень многие люди очевидно оказались без заработка, без дохода. Поэтому количество курьеров, которые хотели у нас работать, заметно увеличилось. Сейчас количество курьеров не растет, но и вторая волна еще не началась. Курьеры не являются нашими сотрудниками, они являются пользователями платформы, она открыта для работы любых граждан, кто готов зарегистрироваться, предоставить свои данные и выполнить заказ. Я думаю, что если будет увеличение заказов, то количество курьеров также будет увеличиваться. Такая тенденция в истории компании прослеживается все время.
– Можно ли сказать, что ситуация с коронавирусом и весенний локдаун дали какой-то толчок развитию вашего бизнеса?
«Доставка – это полезная вещь. И во время изоляции мы это оценили»
– Мы очевидно заметили рост заказов. Хотя все тоже относительно, некоторые бизнесы прекратили свое существование или сильно снизили свои обороты, потому что им пришлось закрыться. Я думаю, что доставка в целом – это очень полезная вещь, и мы во время изоляции ее особенно оценили, поняли, что нет необходимости самостоятельно носить тяжелые заказы из продуктовых магазинов, ведь можно все заказать с доставкой и получить домой. Люди смогли оценить это, и я думаю, что теперь они наверняка от этого не откажутся, – рассказала генеральный директор службы курьерской доставки «Достависта» Татьяна Борзых.
Профессор кафедры управления трудовыми ресурсами НИУ ВШЭ Елена Варшавская надеется, что нынешний дефицит рабочей силы изменит отношение работодателей к трудовым мигрантам, которые рано или поздно вернутся в Россию на заработки:
«Мигранты занимали рабочие места, но это не были рабочие места россиян»
– Я бы хотела, чтобы в этой ситуации российская экономика наконец-то поняла значение международных трудовых мигрантов. Довольно часто от ряда экспертов приходится слышать, что внешние трудовые мигранты занимают рабочие места россиян – в сфере ЖКХ, охраны, курьеров, строителей, водителей и так далее. Нынешняя ситуация показала, что они действительно занимали рабочие места, но это не были рабочие места россиян. То есть реально россияне на них не очень-то претендовали. Поскольку мигранты, объективно говоря, соглашались работать за более низкие заработные платы, чем россияне, то, чтобы заполнить эти рабочие места, теперь мы будем вынуждены поднять зарплаты и нанимать россиян.
– То есть россияне не будут работать за такие деньги, за которые работали мигранты?
– Я думаю, что нет. В какой точке установится это рыночное зарплатное равновесие, сказать сложно. Но думаю, что с точки зрения зарплат это будет выше. Это может привести, в том числе, к подорожанию услуг тех же такси, тех же курьерских услуг, тех же услуг ЖКХ.
– Почему российские работодатели предпочитают мигрантов на многих позициях? Только из-за того, что им можно меньше платить?
«Им можно платить меньше, и они готовы работать больше»
– Первая позиция, конечно, экономическая – им можно платить меньше. Причем им можно платить меньше, и они согласны работать дольше, я имею в виду более длительный по продолжительности рабочий день. Это существенная выгода для работодателя, потому что часовая ставка получается достаточно низкая. Кроме того, в ряде случаев мигранты более дисциплинированны. К тому же они более удобны для работодателя, поскольку они очень сильно от него зависят, гораздо сильнее, чем мигранты внутрироссийские, и уж тем более гораздо сильнее, чем местные работники. Конечно, это удобно для работодателя. И это удобство очень часто оборачивается нарушением прав, очень интенсивным трудом, сверх всяких разумных пределов, занижением оплаты, непредоставлением целого ряда трудовых гарантий и так далее, – считает эксперт в области трудовых ресурсов Елена Варшавская.
Председатель Профсоюза трудящихся мигрантов Ренат Каримов уверен, что большинство мигрантов, вынужденных уехать домой из-за эпидемии COVID-19, вернутся в Россию, несмотря на небольшие зарплаты и тяжелые условия работы:
– Трудовые мигранты сегодня трудятся в большинстве секторов российской экономики, за исключением, может быть, самых высокотехнологичных. В остальных сферах материального производства всегда были заняты трудовые мигранты. Много мигрантов трудилось на стройках, в сфере ЖКХ, водили такси. Мне кажется, что среди водителей такси и курьеров, которых мы видим на улицах, доминируют выходцы из среднеазиатских республик.
Ренат Каримов.
– Сейчас российские работодатели жалуются на то, что возник дефицит рабочей силы. Как эта ситуация сказалась на финансовом положении оставшихся в России мигрантов?
«Мигрантам стали платить больше, потому что их стало меньше»
– По нашим представлениям, стало получше. Потому что к нам сейчас приходят люди и говорят: «Не заплатили зарплату в такой-то клининговой компании, но мы махнули рукой и пошли в другую, потому что там повыше заработную плату стали платить». Мы видим, что есть предложение, что мигрантам готовы платить больше, потому что их стало меньше. Раньше работодатель мог сказать: «Не качай здесь свои права, я сейчас другого возьму, у меня на твое место всегда есть два свободных человека», – а теперь он уже, прежде чем так сказать, подумает, потому что резервной армии трудовых мигрантов нет.
– Как вы думаете, почему российские работодатели все же предпочитают нанимать мигрантов? Только потому, что им можно меньше платить?
Этим и ценен иностранный гражданин – с ним можно не церемониться, в нем можно не видеть человека
– Меньше платить, не считать за людей, гонять в хвост и в гриву, не обращать внимания на Трудовой кодекс. Какой восьмичасовой рабочий день? Какая 40-часовая рабочая неделя в отношении мигрантов, занятых на стройках, в ЖКХ? Все работают по 10–12 часов, включая субботы и воскресенья. В ЖКХ вообще работают постоянно, за исключением того времени, которое они спят. Сейчас снег пойдет – в 6 утра их на работу выгонят, и зайдут они домой в 9 часов вечера, хотя во время снегопада вы еще можете их найти машущими лопатами. Вот этим очень и ценен иностранный гражданин – с ним можно не церемониться, в нем можно не видеть человека, его можно эксплуатировать как угодно.
Центр временного размещения мигрантов в Екатеринбурге.
– Хотят ли люди, которые сейчас покинули Россию из-за коронавируса, вернуться обратно и снова работать по много часов за низкие зарплаты?
Они неизбежно будут смотреть в сторону России и обязательно вернутся
– Хотят. Но не потому, что так любят такую работу. Просто у людей есть определенная ответственность. Особенно если это молодые люди, у которых есть пожилые родители и маленькие дети. К сожалению, с распадом СССР между республиками порвались всякие промышленные связи. Упования руководства и России, и независимых государств на то, что рука рынка все расставит на свои места, ни к чему не привели. Мы утратили сектор производства. Я по первой специальности инженер-технолог металлорежущих станков и инструментов. Но в России нет станкостроительных заводов, вообще все машиностроение лежит на боку. Россия и Казахстан еще могут качать свои недра, у Азербайджана есть нефть и газ. Все остальные мыкают горе. Поэтому они приедут сюда. А что им делать? Они бы рады приехать в Европейский союз, но в Европейском союзе их никто не ждет. Они бы рады получить грин-карту и поехать в Америку, но и там их никто не ждет. Их, может быть, немного ждут в Объединенных Арабских Эмиратах и в Южной Корее, но это маленькие экономики. Поэтому они неизбежно будут смотреть в сторону России и обязательно вернутся после карантина, – говорит глава Профсоюза трудящихся мигрантов Ренат Каримов.
Генеральный директор сети блинных «Теремок» Михаил Гончаров в интервью Радио Свобода рассказал, что дефицит рабочей силы испытывают не только компании, нанимающие трудовых мигрантов из-за рубежа. Люди, обычно приезжающие в Москву на заработки из других российских регионов, сейчас тоже предпочитают оставаться дома:
Директора ресторанов сами моют туалет, потому что больше некому
– У нас ситуация еще хуже. Потому что мы зарубежных мигрантов никогда не привлекали, у нас за всю историю не было ни одного мигранта, мы не пользовались их услугами. Это связано в том числе и с нашей концепцией: все-таки блины – это русская кухня. Тем не менее мы сейчас испытываем такой же дефицит персонала. Это связано с тем, что Москва, Петербург и другие крупные города-миллионники привлекали сотрудников из маленьких региональных городов. Раньше из одного крупного регионального центра в Москву каждый день ходило шесть автобусных маршрутов, это мне рассказал собственник этой транспортной компании, а сейчас у него ходит один автобус в день. На всех этих автобусах приезжали люди работать вахтовым методом в Москву. Это так называемая внутренняя миграция рабочей силы. Даже не миграция, а, скорее, вахтовый метод: они интенсивно работают несколько месяцев, а потом на один-два месяца возвращаются к себе домой, отдыхают, находятся с семьей. Тратят там заработанные деньги: кто-то дом строит, кто-то зарабатывает ребенку на обучение в вузе. И сейчас с сотрудниками, которые приезжали из городов России, гигантская проблема. Я общался с крупными сетевыми операторами ресторанного бизнеса, и у всех одна и та же ситуация, вплоть до того, что директора ресторанов сами моют туалет, потому что его мыть больше просто некому. Не хватает поваров, официантов, и это серьезная проблема. Но закончится она только с окончанием вот этих ограничений.
Основатель сети «Теремок» Михаил Гончаров.
– А как вы это объясняете? Все эти люди, которые перестали ездить в Москву, заболели?
Их напугал локдаун, и они перестали чувствовать уверенность
– Нет, они не заболели. Во-первых, их напугал тот локдаун, который был, и они перестали чувствовать уверенность. То есть если ты раньше ехал в Москву, то понимал, что не здесь, так в другом месте ты найдешь работу. Сейчас у людей есть страх – оказаться просто на улице. То есть компании объявляют локдаун, рабочих мест нет, многие предприятия задерживали или не выплачивали зарплаты, и люди остерегаются повторения. Они либо пытаются найти работу в своем городе, пусть с меньшей зарплатой, но гарантированную, либо просто кто-то пытается пережить это время, работая на садовом участке.
– И как это сказывается на вашем бизнесе?
Нагрузка на тех, кто работает, увеличивается
– Обороты упали у всех ретейлеров и ресторанов. И в целом какое-то количество людей в смене объективно должно бы быть сокращено. Это в какой-то мере спасает. Уменьшаются обороты, и сотрудников нужно меньше – это первое, что слегка помогает пережить ситуацию. Но нагрузка на тех, кто работает, увеличивается. У нас есть рестораны, где вместо шести человек работают три человека, вместо десяти – семь, и такая нехватка сейчас не только у нас.
Кафе в Москве.
– Чего вы ждете от ближайших месяцев?
Бизнес – это бесконечная борьба за жизнь
– Любой предприниматель каждый день встает и понимает, что еще утром ты можешь прийти на работу, а вечером оказаться банкротом. Не важно, объявлен ли локдаун или у тебя все шикарно. Бизнес – это бесконечная борьба за жизнь, развитие, за прибыльность, и расслабляться никогда нельзя. Я в бизнесе уже 25 лет, я к этому привык, и если бы я к этому не привык, то я давно бы ушел. Это не то место, где можно рефлексировать, хныкать и рассказывать, как все плохо. Есть объективная реальность, и мы к ней готовимся. Наши последние рестораны больше не про еду, а про место проведения досуга, социальное общение. Они у нас красивые, модные, с дизайнерской посудой. Поэтому мы видим будущее именно в этой концепции ресторанов и просто ждем окончания всех ограничений, – рассказал генеральный директор сети блинных «Теремок» Михаил Гончаров.
Автор — Любовь Чижова.
Источник: Радио Свобода
