5-16 июня в Женеве проходила 111-я сессия Комитета по применению стандартов Международной организации труда (МОТ), на которой рассматривалась ситуация с соблюдением трудовых прав в Туркменистане. Использование в стране принудительного труда во время сбора хлопка стало основной темой дискуссии между делегаций Туркменистана и членами комитета, куда входят представители стран-участниц МОТ, а также независимые организации, защищающие интересы работодателей и рабочих.
Отчет с заседания был опубликован на сайте МОТ. Turkmen.news приводит основные выдержки из отчета.
Сначала были изложены основные пункты из письменного заявления правительства. В нем, в частности, говорится о реализации Дорожной карты сотрудничества между МОТ и правительством Туркменистана на 2023 год. В настоящее время идет анализ ситуации с наймом людей на сбор хлопка: какие в этом отношении имеются процедуры, что о процедурах найма думают сами люди и что толкает их идти на уборку хлопка. Планируется, что количественный и качественный анализ ситуации будет проведен местным нанятым консультантом, а в рамках работы подразумевается провести опрос домохозяйств по поводу оценки тенденций в уборке хлопка за последние пять лет.
Как ожидается, в июле в Туркменистан прибудет миссия МОТ, которая даст рекомендации по организации исследования. В будущем планируется создание совместного механизма по предотвращению принудительного труда, включающего систематическое посещение полей во время уборки хлопка.
В письменном отчете подчеркивается, что за последние годы в Туркменистане значительно увеличилось количество используемой сельскохозяйственной техники. В 2016 году в стране насчитывалось 464 комбайна, в 2017 — уже 948, к 2021 году их число выросло до 1600, а в 2022 — сразу до 11600. Одновременно были подготовлены 1710 комбайнеров.
Согласно отчету, жалобы граждан на применение принудительного труда в официальные органы не поступают. Несмотря на это, профсоюзы все равно осуществляют мониторинг этой проблемы, проводят тренинги и семинары для специалистов.
Затем состоялась дискуссия, в начале которой выступил представитель правительства Туркменистана, рассказавший о Дорожной карте сотрудничества; о широком применении комбайнов на уборке хлопка; о разработке и реализации информационно-просветительских мероприятий; о том, что принудительный труд в стране запрещен Уголовным кодексом. Выступающий предположил, что выводы Комитета экспертов о принудительном труде «основаны на информации, полученной из непроверенных источников, которые придерживаются предвзятого мнения о ситуации в стране».
Представитель правительства подчеркнул, что в 2021 году за нарушения законодательства о труде и занятости были привлечены к административной ответственности более 3,6 тысячи физических и юридических лиц, а в 2022 году — лишь 2,6 тысячи. По мнению выступающего, это означает, что количество нарушений снижается.
После этого представитель работодателей из Бельгии Крис де Мейстер заявил, что экономика Туркменистана почти полностью управляется государством. Он отметил, что частный сектор остается небольшим и строго регулируется государством. Де Мейстер упомянул политическую ситуацию: состоявшуюся в 2022 году передачу власти от отца Гурбангулы Бердымухамедова сыну Сердару. Выступающий подчеркнул, что ни одни выборы с тех пор, как в страна обрела независимость, не были конкурентными.
Крис де Мейстер отметил, что имеются большие сомнения в независимости профсоюзного движения в Туркменистане. Он подчеркнул: «Судя по всему, в стране существуют значительные юридические ограничения автономии работодателей и работников».
Представитель работодателей заявил, что Дорожная карта, принятая по итогам визита делегации МОТ в 2022 году, действительно предлагает властям сосредоточиться на хлопкоуборочном секторе. Однако пока этот документ можно назвать лишь обнадеживающим. О конкретных шагах, предпринятых для искоренения принудительного труда, пока ничего не известно.
Затем выступил представитель трудящихся МОТ, напомнивший, что еще в 2021 году его коллеги заявляли об институциональном характере принудительного труда в Туркменистане. Иными словами, это не случайные эпизоды, а система. Выступающий подчеркнул: «Мы сожалеем, что, несмотря на многочисленные инициативы, предпринятые в соответствии с рекомендациями, практика принудительного труда в производстве хлопка все еще имеет массовое распространение в стране».
Представитель рабочих заявил: «Принудительный труд на сборе хлопка, а также при производстве шелка организуют туркменские власти. Эта система реализуется непосредственно государством. Власти централизованно устанавливают производственные квоты и используют местных чиновников, чтобы заставить фермеров выращивать хлопок, а население — собирать его под угрозой наказания».
Он добавил, что на хлопковых полях трудится много женщин, потому что именно женщины чаще занимают низкооплачиваемые должности в бюджетных учреждениях. Что касается детского труда, то государство не организует его непосредственно, однако многие дети все равно попадают на поля. Их присылают вместо себя родители-бюджетники. Выступающий назвал туркменское законодательство, запрещающее принудительный труд, «просто мертвыми буквами». Он вспомнил Гаспара Маталаева, который в 2016 году получил три года лишения свободы за мониторинг ситуации с принудительным трудом.
Отвечать на все эти обвинения пришлось представителю работодателей Туркменистана — управляющей Дашогузского велаятского объединения Союза промышленников и предпринимателей Гунче Худиковой. Она выразила несогласие с тем, что фермеры-арендаторы в Туркменистане полностью зависят от государства.
«Выращивание хлопка в нашей стране выгодно, — заявила Худикова. — Да, у нас есть госзаказ на хлопок, но это все равно привлекательный бизнес. Почему это так выгодно? Предприниматели получают кредиты на десять лет с годовой ставкой 1 процент. Это позволяет им покупать оборудование и инвестировать в свой бизнес».
По словам Худиковой, из примерно 500 дехканских объединений в стране 35 процентов уже перешли в частный сектор, а к 2025 году должны перейти все. Она подчеркнула: «Люди, которые хотят получить прибыль, делают только то, что в их собственных интересах, им нет нужды прибегать к какому-либо виду принудительного труда».
После этого выступил представитель трудящихся Туркменистана — председатель Совета профсоюза работников нефтегазового комплекса Туркменистана Сапар Атабердыев. Он выразил мнение, что в работе профсоюзов необходимо учитывать «духовные традиции и социальные установки» каждой страны. По словам профсоюзного лидера, сейчас его коллеги в Туркменистане сосредоточены на фундаментальных вопросах, таких как укрепление национальной экономики, обеспечение достойной зарплаты и условий труда.
Атабердыев заверил: «Мы стремимся обеспечить достойные условия труда без принудительного труда и без эксплуатации, мы прилагаем все усилия, чтобы сотрудничать с правительством, с региональными властями, чтобы все соблюдали международные нормы труда».
После Атабердыева с критикой ситуации в Туркменистане выступили еще несколько участников мероприятия, представляющие разные страны мира: США, Россию, Швецию, Нидерланды и другие. Они говорили о том, что сообщения о вывозе бюджетников на поля продолжают поступать. Подчеркивалось, что заявления правительства о полной механизации уборки хлопка не подтверждаются независимыми наблюдателями. Отмечалось, что правительство критикует «непроверенные источники», сообщающие о принудительном труде, но продолжает придерживаться политики закрытых дверей и не предоставляет информации, которая заслуживала бы большего доверия.
Тем не менее, в заключение вновь выступил представитель правительства Туркменистана, заявивший: «Еще раз отметим, что заявления о широком использовании принудительного труда при сборе хлопка являются необоснованными. К сожалению, мы отмечаем, что Комитет не принял во внимание огромные усилия Туркменистана по механизации сбора урожая хлопка и искоренению принудительного труда, включая детский труд».
В Туркменистане ежегодно десятки тысяч работников бюджетной сферы заставляют собирать хлопок под угрозой увольнения. В последние годы появилась мнимая альтернатива — нанять работника вместо себя. В школах, детских садах, больницах и различных государственных организациях работников вынуждают сдавать деньги на наем сборщиков. Однако по современным международным нормам такое вымогательство денег также классифицируется как принудительный труд. Сезон уборки длится несколько месяцев, часто людей вывозят на поля в кузовах грузовиков или в тракторных прицепах. Иногда им приходится ездить на несколько дней с ночевками, причем заботиться о ночлеге и питании рабочие должны сами. Государство остается основным работодателем в Туркменистане, поэтому потеря рабочего места в бюджетной сфере — серьезная угроза.
Источник: Turkmen.news
