В Узбекистане, многие годы бывшем одной из самых закрытых стран мира, с приходом новой власти начались перемены. Что декларируемый поворот к демократии и открытой рыночной экономике будет означать для трудящихся, их жизни, их прав? Об этом – материал координатора IUF и эксперта Глобального института труда (GLI) Кирилла Букетова. Текст был впервые опубликован на портале ИА «Фергана».
«Еще не наступил рассвет,
Ни ночи нет, ни утра нет…»
Николай Гумилев
Резкий разворот Узбекистана в сторону демократических ценностей, произошедший после прихода к власти нового президента Мирзиёева, не может не удивлять. В один момент распахнулись ворота застенков, в которых томились сотни политзаключенных, страна открыла двери для международных правозащитных организаций и мониторинговых миссий. Эта открытость и дипломатическая напористость новой власти заставила многих поверить в то, что перемены производятся искренне и на долгую перспективу. В чем их причина и как относиться к узбекской «перестройке» – дискуссия на эту тему расколола многочисленные ряды оппонентов режима. Нам же важно понять, насколько глубоки проводимые реформы в стране, где гражданское общество столько лет находилось под жесточайшим гнетом, а фундаментальные права и свободы, включая свободу слова, собраний, объединения в профсоюзы, были под полным запретом.
Ночной подъем
Прошел примерно год с той памятной многим осенней ночи, когда по стране неожиданно разнесся приказ срочно вернуть всех студентов с хлопковых полей в аудитории. Ничего не понимающих сонных студентов такие же ничего не понимающие наставники поднимали с матрасов и запихивали в экстренно мобилизованный транспорт, чтобы отправить по домам. Приказ этот поступил ночью, потому что пришел из другого полушария – из Вашингтона, где в этот момент был еще день, и президент Мирзиёев вел переговоры со Всемирным банком. Ставки были высоки: миллиард долларов ВБ предлагает не каждой стране. Но, конечно, на жестких условиях, которые включают в себя кардинальную реформу, а для начала – хотя бы отказ от использования рабского труда на хлопке.
Отправка студентов и бюджетников «на хлопок», 2010 год. Фото с сайта Ahrca.org
Эта ночь, пожалуй, была переломной. Она дает нам представление о мотивах этого перелома и сути проводимых реформ. Прежняя власть советского партократа Каримова была основана на феодальном страхе и, по сути, воспроизводила советскую модель управления конца 1940-х, в которой портреты Сталина были заменены портретами первого президента Узбекистана. Но Мирзиёев явно не желает управлять большой казармой, страной-изгоем, от одного названия которой на этикетке шарахаются покупатели одежды по всему миру. Он предпочитает управление страной на основе рыночных отношений, где власть опирается на капитал, который она контролирует. Степень этого контроля еще предстоит установить, но пока необходима трансформация неэффективной командно-тюремной экономики в экономику, открытую инвестициям и технологиям.
Узбекистан вновь открывается для прямых инвестиций, вместе с которыми придут и транснациональные компании со своими менеджерами. Эти менеджеры будут совсем не те романтики-первооткрыватели, которые наводнили страны бывшего СССР в начале 1990-х. Международный бизнес с тех пор сильно изменился, аккумулировав самые неблаговидные поведенческие практики и воспитав на месте – в России и приграничных странах – новое поколение управленцев, ориентированных только на численные показатели. Они-то и будут задавать тон в формировании новой экономики, а также жесткой системы трудовых отношений в Узбекистане. Опорой им в этом будут те же государственные органы, в том числе – государственные профсоюзы. И это плохая новость, потому что противостоять этому процессу пока некому: реальных, независимых профсоюзов в стране не существует. Последний раз попытка создания профсоюза была предпринята в Узбекистане пять лет назад.
22 сентября 2013 года на одной из стихийных «бирж труда», которая находится в массиве Куйлюк в Ташкенте, сотрудниками милиции были задержаны Фахриддин Тиллаев и Нуриддин Джуманиязов. Они привлекли внимание полицейских в тот момент, когда проводили разъяснительную работу с мардикорами (подёнными рабочими): рассказывали им об их правах и раздавали анкеты для вступления в независимый профсоюз. Тиллаев и Джуманиязов убеждали рабочих объединяться и самостоятельно отстаивать свои права. После ареста Джуманиязов и Тиллаев сообщили правозащитникам, что во время следствия к ним применялись жестокие пытки, а 6 марта 2014 года они оба были осуждены по сфабрикованному обвинению на 8 лет и 3 месяца каждый. На свободе больше не осталось желающих создавать независимые профсоюзы. А в июне 2017 года администрация учреждения исполнения наказаний сообщила родственникам Нуриддина Джуманиязова о том, что он скончался в колонии 31 декабря 2016 года (полгода назад!) якобы вследствие заболевания туберкулезом.
Фахриддин Тиллаев (справа). Фото с сайта Uzxalqharakati.com
Приводной ремень
Как и ВЦСПС в советское время, единственная профсоюзная структура в стране – Федерация профсоюзов Узбекистана. ФПУз является частью системы социального обеспечения, занимается оздоровлением трудящихся и управляет семнадцатью санаторно-курортными комплексами. Организация также осуществляет идеологический контроль за настроениями работников и наделена пропагандистскими функциями, которые используются для выражения публичной всенародной поддержки режиму. Особая роль принадлежит ФПУз и ее подразделениям в обеспечении вывоза работников госучреждений на принудительные работы, уборку урожая в сельском хозяйстве и благоустройство городских территорий. Подробное исследование структуры и функций ФПУз приведено в докладе «Федерация Профсоюзов Узбекистана: Организация Трудящихся или Инструмент Контроля» (на английском языке).
На протяжении многих лет представители ФПУз, в частности, возглавлявшая ее госпожа Нарбаева, ныне первый вице-премьер правительства, безо всякого стеснения от имени трудящихся Узбекистана выступали на международных форумах и симпозиумах, отрицая факты массового использования в стране принудительного детского труда на сборе хлопка.
В руководящих органах ФПУз преобладают государственные чиновники и директоры крупных предприятий. Сам председатель Федерации назначен на этот пост 20 декабря 2016 года во время внеочередного Пленума Совета ФПУз, который вела заместитель премьер-министра. На пленуме присутствовал сам премьер-министр и государственный советник Президента Республики Узбекистан. Новым председателем ФПУз стал Кудратилла Рафиков, занимавший до этого должность генерального директора АО «Джизакский аккумуляторный завод» и руководящий пост в ассоциации предпринимателей. Миссия Международной конфедерации профсоюзов после общения с представителями ФПУз разных уровней в феврале-марте 2018 года сделала однозначный вывод: ФПУз не является независимой организацией.
Перевод экономики на рыночные рельсы неизбежно повлечет за собой массовые сокращения работников, «оптимизацию» системы социальных пособий, повышение цен на транспорт, коммунальные услуги. Рост напряженности неизбежен, и это назначение в ФПУз – четкий сигнал, что Федерация в переходный экономический период будет по-прежнему выполнять полицейские функции на предприятиях, и ее главной задачей останется недопущение самоорганизации работников и подавление любых протестных инициатив.
Свобода объединения
Однако происходить это будет в новых условиях, ведь новый курс все же требует от властей либерализации законодательства и правоприменительной практики. В 2016 году под давлением международной кампании за искоренение детского и принудительного труда в хлопководстве Узбекистан провел ратификацию Конвенции Международной организации труда о свободе объединения и защите права на объединение в профсоюзы. Эта Конвенция дает возможность работникам создавать свои собственные, независимые от государства и работодателей, организации для коллективной защиты своих трудовых прав. Весной 2018 года вышел на свободу Фахриддин Тиллаев. Его досрочное освобождение было приурочено к визиту делегации Международной хлопковой коалиции «Cotton Campaign» в Ташкент и было осуществлено накануне поездки президента Шавката Мирзиёева на очередные переговоры в США. Правозащитники добиваются теперь полной реабилитации Тиллаева и уже покойного Джуманиязова.
Шавкат Мирзиёев и Дональд Трамп на встрече в США. Фото пресс-службы президента Узбекистана
Период жесткой диктатуры в Узбекистане все же был относительно недолгим. По гражданскому обществу нанесен серьезный удар, но полностью искоренить его не удалось. Диссидентское движение и правозащитники продолжали борьбу против несправедливости и, в отсутствие свободы профсоюзной деятельности, приняли на себя мониторинг положения в трудовой сфере. За эти годы они много сделали для индивидуальной защиты трудовых прав отдельных работников.
Кроме того, многие в стране еще помнят проходившие в 2000-х коллективные действия учителей школ Ферганской и Самаркандской областей; выступление более 500 рабочих в Акдарьинском районе Самаркандской области, требовавших выдачи задержанной зарплаты; 12-дневный митинг рабочих ширкатного хозяйства «Машъал» Мархаматского района Андижанской области с требованием повысить закупочные цены на хлопок; забастовки работников хлопкоочистительного завода Зарбдорского района Джизакской области, Ташкентского авиационного завода им. Чкалова, Ангренского резинового завода и многотысячное выступление рабочих ферганских нефтеперерабатывающего и химического заводов. Эти выступления показывают высокую мобилизационную способность рабочих Узбекистана. Однако они были стихийными и могли дать только краткосрочный экономический эффект. В целом же репрессивная система трудовых отношений сохраняла в своей основе бесправие работников и всемогущество работодателя, в первую очередь, в лице государства, которое не стеснялось миллионами, как крепостных, отправлять детей, студентов, учителей, врачей на принудительные работы.
Сегодня у рабочих Узбекистана снова появляется возможность создать профессиональные союзы и коллективно добиться изменений не только условий труда, но и пересмотра всей системы трудовых отношений. Объединившись, люди труда смогут сделать так, чтобы никто не мог по своей прихоти отправлять миллионы людей из города на работы в поле или обратно, бросать за решетку тех, кто осмеливается требовать улучшений оплаты и условий труда, отстаивать свое человеческое достоинство.
Итак, ночная мгла рассеивается. Но каким будет рассвет? Для трудящихся Узбекистана это зависит от готовности и способности к борьбе за свои права.
Подробнее о коллективных выступлениях в Узбекистане см. доклад Общества прав человека Узбекистана ОПЧУ «О свободе собраний в Узбекистане»
Источник: IUF
