Каждый восьмой житель восьми миллионного Таджикистана находится в трудовой миграции, большая часть из них — в России. По различным причинам многие из них оказываются в условиях близким к рабству.
Журналисты решили узнать как обычный работяга может оказаться в руках современных рабовладельцев.
Рабство: Реалии таджикской трудовой миграции//Специально для CA-News
По различным данным, на территории России находятся около 1 млн. трудовых мигрантов из 8 миллионного населения РТ – это почти каждый восьмой гражданин. Прибыв для работы в другую страну, многие из них из-за дороговизны легализации ищут дешевую альтернативу, которая может окончиться для них весьма плачевно. Бывают случаи, когда мигранты становятся жертвами современных форм рабства.
Учитывая это, мы попытались разобраться в том, как обычный работяга может оказаться в руках современных рабовладельцев.
По данным Всемирного банка, доля трудовых мигрантов составляет 10-12% от общей численности населения Таджикистана (около 8,4 млн.) и 20-25% от числа трудоспособного населения (в возрасте от 18 до 40 лет), то есть каждый четвертый. В возрасте до 30 лет, работу за пределами страны ищут около 40% таджикистанцев (почти каждый второй).
Рабский труд на объектах ЧМ-2018
Как правило, трудовых мигрантов обманывают нечистые на руку работодатели-частники. Хотя не застрахованы мигранты и от произвола на государственных объектах.
Например, летом 2017 года правозащитная организация Human Rights Watch (HRW) опубликовала доклад, в котором сообщила о систематических нарушениях прав рабочих, в том числе мигрантов из Таджикистана, которые строят спортивные объекты в России к футбольному Чемпионату мира–2018.
По данным HRW, рабочим на этих объектах задерживают зарплату на несколько месяцев или вовсе не платят. Так, на всех объектах ЧМ-2018 мигрантам — строителям не выплачено более $8 млн.
С ними не заключают трудовые договора, строители при этом работают при экстремально низких температурах, что чревато травмами, нарушением работоспособности. В докладе отмечается, что в ходе строительства объектов для ЧМ-2018 погибли 17 рабочих. Правозащитники указывают, что строителям регулярно угрожали увольнением и депортацией из страны. В докладе подчеркивается, что правительство России не приложило усилий, чтобы контролировать и сдерживать злоупотребления в строительном секторе и привлечь работодателей к ответственности.
По мнению специалистов Международной организации по миграции (МОМ), определить точную статистику работорговли непросто из-за того, что виновников судят по смежным статьям.
Между тем, по данным Walk Free Foundation в России жертвами трудового рабства, наряду с гражданами этой страны, являются трудовые мигранты из Таджикистана, Кыргызстана, Узбекистана, Азербайджана, Украины и Северной Кореи.
Доход от «полезных знакомств»
Мигранты поддерживают экономику не только Таджикистана, но и России. Впрочем, мигранты помогают выжить не только своим семьям. На их «горбу» зарабатывают работодатели в России и соотечественники, бизнес которых ориентирован на трудоустройство трудовых мигрантов. Последние предлагают работодателям персонал, не интересуясь, будет ли легальной работа их подопечных. Ведь их первостепенная задача заработать, а там хоть трава не расти.
Таких посредников в России очень много, практически каждый четвертый находит работу через посредников или знакомых. Наряду с ними в Таджикистане работают и частные агентства занятости (ЧАЗ) которые специализируются именно на трудоустройстве мигрантов. Многие ЧАЗы почти ничем не отличаются от рекрутеров, зарабатывающих по линии «полезных знакомств» для соискателей работы и работодателей…
Нечистые на руку ЧАЗы редко, но попадают в поле зрения правоохранителей.
По данным Минтруда РТ, в 2017 году по всей стране зарегистрированы и функционируют 13 агентств занятости, которые занимаются трудоустройством граждан. Этими ЧАЗами только за три месяца 2017 года за рубежом было трудоустроено 349 граждан Таджикистана. По данным Налогового комитета, всего зарегистрировано 38 организаций по трудоустройству, но по состоянию на 1 июля 2017 года, работали только 15 из них, уплатив налоги за первое полугодие на сумму около 704 тыс.сомони (около $80 тыс.).
Призрачные ЧАЗы Худжанда
Большая часть частных агентств занятости, занимающихся трудоустройством граждан за рубежом, сосредоточена в Согдийской области.
Как у соседей?
Между тем в Кыргызстане создана ассоциация частных агентств занятости, которая объединяет 15 частных агентств занятости Кыргызстана. Эта ассоциация имеет договоренность о сотрудничестве с кадровыми агентствами России, Германии, Турции и Японии для легального трудоустройства граждан Кыргызстана.
Согласно информации Управления миграционной службы МТЗНРТ в Худжанде, только в областном центре Согда, функционируют два ЧАЗа.
Мы попытались найти их, но это оказалось непростым делом. Идем по одному из указанных адресов — дом № 7а по улице И.Сомони, но оказалось, что такого адреса попросту не существует. По другому адресу по ул. М.Танбури расположен не ЧАЗ, а представительство консульской службы МИДа.
Тогда мы решили связаться с ними по телефону. В обоих ЧАЗах нас просили сначала позвонить по одному и тому же номеру телефона и записаться, а после этого уже выходить на них.
Мы пришли в указанное место для беседы, нам сказали, что работа сезонная и сейчас мигранты уже возвращаются домой.
— Более приемлемые варианты работы будут весной. Приходите в марте, найдем, — заявил наш новый собеседник. Да, и его недоверчивый тон разговора указывал, что наше «намерение» выезда в трудовую миграцию было им поставлено под сомнение.
В Худжанде нам удалось встретиться с мигрантами, которые трудоустроились через эти ЧАЗы. По словам одного из них, жителя Худжанда, который назвался Абдулахадом, ЧАЗы находят работу, но никаких договоров с работником не заключают.
— Нам предложили работу в Подмосковье на строительстве жилого дома. Взяли копии документов, но официального договора с нами не заключили, — говорит Абдулахад.
Между тем только в этой области есть практика выезда трудовых мигрантов в Россию автотранспортом. В основном из Худжанда, где существует пять точек отправки автобусов и минивэнов как в города России, так и до пересадочных пунктов на кыргызской, казахской и российской границ. По словам рекрутеров, они предоставляют транспортные услуги (автобус до городов РФ или минивэны до казахской границы). Мигранты из других регионов выезжают в Россию только самолетами через аэропорты в Душанбе, Кулябе и Курган-Тюбе и поездом только из столицы.
Кстати, авиабилет этим летом в направлении Душанбе-Москва стоил 2 тыс. 640 сомони ($300), железнодорожный билет Душанбе — Москва стоит 1300 сомони ($150).
А вот поездка на минивэне из Худжанда до Екатеринбурга, с пересадками на кыргызской, казахской и российской границах обойдется в 5 тыс. рублей (700 сомони или $82).
Абдулло, один из выезжающих, сказал, что едет с товарищем, и они пока не знают конкретно, где будут работать.
— Мы обговорили варианты трудоустройства с посредником. Он сказал, что на стройке в сезон можно будет заработать неплохо, — делится он.
Жертвами посредников и кадровых агентств становится большое количество мигрантов. Несмотря на существование этой проблемы, властям не удается контролировать соблюдение прав трудоустроенного мигранта со стороны работодателя на протяжении всего срока контракта. Как например, недавно об этом с Россией договорился Узбекистан.
Доверяй – но не будь доверчивым!?
Наш эксперимент с попыткой попасть в рабство оказался неудачным и мы решили, уже выехав в Россию, поинтересоваться как же обстоят дела у мигрантов, которые уже оказались в рабском положении.
И мы решили привести несколько историй самих мигрантов…
Мирзо Азимов из Нурека говорит, что пятнадцать лет выезжает в сезонную трудовую миграцию в Москву. В последний раз он трудоустроился в подмосковном Воскресенске через посредника, которого нашли земляки. Бригаде, в которой работал Мирзо, выдавали деньги только на питание, и он до сих пор надеется получить заработанные деньги…
Это единственное доказательство факта работы Мирзо Азимова
Другая история Кароматуллои Хакима почти схожа, если не брать в счет разницу в расстоянии в 97 км.
Чуть не попал за решетку
Мигранты, выполняя тяжелую физическую работу, попадают не только в рабские условия, но и могут оказаться оклеветанными работодателем. Одна из таких историй произошла с Анваром Имомзода, мигрантом из района А.Джоми (бывший Куйбышевский).
Через посредника, тоже выходца из Таджикистана, он приехал в Россию. Трудоустроился на строительстве частной дачи в деревне Макарово Рузского района Мособлати у некоего Анатолия Акимовича. Его фамилию Анвар не знает. Он там жил и работал ровно один год, получив лишь небольшую часть денег. Напарники не выстояли, бросили и уехали. Мигрант несколько раз пытался самостоятельно уговорить работодателя выплатить положенные ему деньги.
По словам Анвара, работодатель должен был выплатить ему за проделанную работу 120 тыс. рублей ($ 2 тыс). Владелец отказывался.
После очередного звонка он пригласил Анвара домой, якобы для выдачи зарплаты. Но на самом деле работодатель решил избавиться от “назойливого” мигранта. Когда Анвар зашел в дом, его поджидал полицейский, и обвинив в краже, доставил в участок. Мигранту помогли знакомые и вызволили его из полиции…
Мы попытались найти того самого Анатолия Акимовича, но по указанному адресу его не было, а на телефонные звонки он не отвечал.
Садовые кварталы Белокаменной или договор — еще не все…
Мигранты, у которых нет трудового договора нередко становятся жертвами обмана. Однако, как показывает практика, даже наличие договора не всегда гарантирует трудовым мигрантам обещанную оплату.
Координатор проекта помощи трудовым мигрантам комитета «Гражданское содействие» Варвара Третьяк привела такой случай: бригада из девяти трудовых мигрантов работала в компании «СК Инвест Строй» на строительстве элитного жилого комплекса в Москве у станции метро Фрунзенская. Все рабочие были оформлены на работу официально, по трудовым соглашениям.
Третьяк рассказывает, что, когда трудовые мигранты обратились в комитет «Гражданское содействие», у них не было средств на существование, даже на еду. Комитет оказал им материальную помощь, нанял адвоката.
— Позднее районный суд Москвы полностью удовлетворил требования заявителей и обязал компанию «СК Инвест Строй» выплатить рабочим не только задолженность по заработной плате, но и компенсировать нанесенный им моральный вред. Общая сумма выплат рабочим составила около 1 млн. рублей ($ 17 тыс), — говорит Третьяк. — На судебном заседании судья заявила, что таких дел много и представители фирм-ответчиков редко приходят на судебные заседания, и потом выясняется, что фирма выполнила весь объем работ и ликвидировалась и взыскать задолженность уже не с кого. Так произошло и в этом случае.
Рабочих признали «жертвами современных форм рабства».
— Зачастую мигрант не может указать ни фамилии, ни адреса посредника-земляка, ни в России, ни у себя на родине, ни конкретного места работы и работодателя. Они указывают какие-то имена, возможно даже вымышленные, по которым найти посредника практически невозможно, — говорит Третьяк.
Чтобы прояснить ситуацию, мы попытались самостоятельно найти те самые «Садовые кварталы» по улице Ефремова, 12.
Это был уже построенный элитный жилой комплекс. Получить какую-либо информацию там нам не удалось. На здании был указан адрес офиса продаж: улица Доватора, 2. Через один квартал мы нашли и его. Но и там были только риэлторы, которые не знают, кто строил этот комплекс и как найти застройщиков.
Нам удалось встретиться с одним из мигрантов из той бригады строителей «Садовых кварталов». Им оказался 25-летний Джобир Файзиев из Худжанда, который до сих пор надеется получить заработанные деньги.
Но наличие договора в большинстве случаев все же помогает решить проблему с невыплатами кровно заработанных денег.
Как рассказал трудовой мигрант из Хатлонской области Абдулло, заключение договора пошло ему на пользу.
Пресс-секретарь представительства Минтруда, миграции и занятости населения РТ в РФ Иброхим Ахмадов в интервью заявил, что мигранты обращаются за помощью в решении проблем невыплаты зарплат не только в различные правозащитные организации, но и в это представительство.
— По итогам 2016 года при содействии нашего представительства были решены вопросы с выплатой 53 млн. рублей ($902,5 тыс.) задолженностей по зарплатам мигрантов, которые обратились непосредственно к нам, — говорит Ахмадов. — По итогам 9 месяцев 2017 года, при содействии представительства мигрантам удалось получить задолженность по зарплатам в размере более 24 млн. рублей.
«Брат, я очень сильно устал!»
Трудовые мигранты, попадая в рабство, пытаются самостоятельно отстоять свои права, обращаются к правозащитникам. Но не всегда им хватает сил идти до конца.
Одну из таких историй 20–летнего Озода нам рассказал руководитель Региональной общественной организации «Интеграционный центр «Миграция и Закон», юрист Дмитрий Михайлов. По его словам, Озод работал в кондитерском цеху, жил там же, у него не было возможности выходить за пределы цеха. Работодатель не платил ему зарплаты на протяжении более чем 9 месяцев, давал лишь мизерную сумму на питание. Озод обратился к правозащитникам, чтобы те помогли ему получить заработанные деньги в размере свыше 200 тыс. рублей. Работодатель после переговоров перевел первоначальную сумму в 40 тыс. рублей. Получив эти деньги, Озод купил билет на родину и не стал дожидаться дальнейшего развития ситуации. Уехал, сказав лишь: «Брат, я очень сильно устал!».
Своего адреса на родине Озод не сообщил правозащитникам, поэтому мы не смогли его найти.
Мальчики для битья
Одна из основных причин выезда в миграцию трудоспособного населения — безработица. По данным Агентства по статистике при правительстве РТ, на начало 2017 года не имеют постоянного места работы 54 тыс. 800 человек или 2,4% трудоспособных жителей страны.
Однако таджикский экономист Сафар Якубов считает, что эти цифры занижены, потому что не все обращаются в центры занятости для постановки на учет, да и государство не в состоянии обеспечить всех пособиями по безработице.
По словам руководителя Региональной общественной организации «Интеграционный центр «Миграция и Закон» Дмитрия Михайлова, мигрант, приехавший на заработки в чужую страну без денег на оформление документов для легального пребывания, лишает себя права получения защиты, в том числе и трудовых прав.
За патент трудовому мигранту из Таджикистана в зависимости от региона необходимо выложить 12-15 тыс. рублей ($200-250), затем ежемесячно вносить плату. В итоге в год выходит порядка 60 тыс. рублей($ 1 тыс), из них 48 тыс. рублей ($800) или 4-4,2 тыс. рублей ($ 70) ежемесячно авансовые платежи по НДФЛ.
— Работодатель пользуется этим. Отсюда и начинаются нарушения его прав, связанных с невыплатами зарплаты, и факты трудового рабства, — убежден Дмитрий Михайлов.
Заместитель председателя комитета «Гражданское содействие» Анастасия Денисова говорит, что определенная ответственность ухода мигрантов в нелегальное положение лежит и на работодателях:
— Государство не предъявляет претензии к работодателю, все вопросы будут к мигранту, который пребывает нелегально в России. Если люди работают нелегально сотнями, это не должно оставаться незамеченным.
По данным московского Института экономической политики имени Гайдара и специалистов российских государственных органов, по состоянию на 1 июня 2017 года в России насчитывалось 1,92 млн. граждан Узбекистана, 1,06 млн. граждан Таджикистана, 622 тыс. граждан Кыргызстана и 522 тыс. Казахстана.
Реалии расследований
Подчинение миграционной службы МВД в несколько раз увеличило статистику числа нарушений прав мигрантов. Об этом говорится в докладе «Нарушение прав мигрантов государственными органами России», подготовленном фондом «Миграция XXI век» в рамках проекта Центра комплексной правовой поддержки мигрантов.
В апреле 2016 года ФМС России как отдельная структура, занимающаяся миграционными вопросами, была упразднена, а ее функции переданы МВД РФ.
Правозащитники уверены, что нарушение прав мигрантов может привести к росту экстремистских настроений среди них и считают необходимым отделение миграционной сферы от правоохранительной функции.
Более подробные комментарии по вопросам нарушения прав трудовых мигрантов мы попытались в миграционном подразделении МВД России получить по телефону, а также через письменный запрос в МВД Таджикистана, но ответа не последовало как с той, так и с этой стороны.
Зампредседателя комитета «Гражданское содействие» Анастасия Денисова сказала в интервью, что большая часть обращений трудовых мигрантов из Центральной Азии связана с невыплатой заработной платы.
— Самое распространенное — это «мягкий», как мы его называем, вариант принудительного труда, когда обещание выплатить зарплату длится месяцами, годами и человек не может уйти в надежде, что ему когда-то выплатят деньги и он сможет уехать домой. И этот способ удержания на рабочем месте тоже является одной из форм современного рабства. Привлечь к ответственности кого-то, даже при самых вопиющих случаях рабства, практически невозможно. Например, случай в Гальяново, над которым мы бьемся уже давно и был даже «юбилейный» пятый год. У нас есть уже десятый отказ в возбуждении уголовного дела, несмотря на предоставление аудио- и видеоматериалов, которые никто не хочет изучать. А в делах меньшего масштаба, с посредниками и обманутыми мигрантами, это вообще нереалистично.
— Если обратиться к официальной статистике, то в 2016 году на территории России было возбуждено 225 уголовных дел по статье «невыплата заработной платы», — говорит Дмитрий Михайлов. — И это говорит о том, что почти невозможно доказать факт работы трудового мигранта, у которого нет актов выполненных работ, договоров между мигрантом и работодателем. Остается только основываться на свидетельских показаниях, но на практике это малоэффективно. И 225 уголовных дел при такой большой проблеме — это мизер.
Почему мигрант оказался «крайним»?
Таджикский трудовой мигрант может стать жертвой преступлений и противоправных действий не только из-за отсутствия профподготовки, незнания законов и русского языка.
Эксперт в области миграции Малика Баховатдинова сказала, что труд мигранта сам по себе зачастую не защищён по сравнению с трудом гражданина страны, скажем, той же России.
— Мигрант менее защищен законодательством, его можно с легкостью нанять или уволить и он идеально подходит для условий капиталистической экономики. Тем не менее, действительно, именно таджикские трудовые мигранты, а также члены их семей зачастую подвергаются наибольшим давлениям и не только работодателями в России, уверена, вы помните дело летчиков, — говорит Баховатдинова.
Здесь также большую роль играют геополитические факторы, и слабость защиты трудовых мигрантов на политическом уровне.
— Россию часто воспринимают как страну, поддерживающую экономику Таджикистана. При этом, к сожалению, забывается, что именно Таджикистан и другие страны растят и подготавливают рабочую силу для неё. Именно из-за такой постановки миграционной проблемы и возникает ситуация, когда зачастую наши госслужащие достаточно пассивно выполняют свои обязательства по защите своих граждан. Случай с гибелью малыша Умарали Назарова прямое тому доказательство, — говорит эксперт.
Напомним, 13 октября 2015 года пятимесячный Умарали Назаров умер в Центре медико-социальной реабилитации Санкт-Петербурга. Малыша отняли у родителей при задержании полицией за нарушение миграционного законодательства РФ.
Выход есть?
Анастасия Денисова уверена, что миграционные власти Таджикистана должны заранее и доступно оповещать мигрантов об определенных новшествах миграционного законодательства России.
— Не менее важна и консульская поддержка в судах при рассмотрении сложных уголовных дел, где неправомерно обвиняют мигрантов в различных преступлениях. Правозащитники говорят об этом, освещают в СМИ, но присутствие представителя миграционной службы, консульства или посольства, или даже обращение с письмом в суд всегда играет положительную роль в дальнейшем рассмотрении дела судом. Нужна также и доступность консульских услуг для граждан Таджикистана.
В России наряду с посольством Таджикистана в Москве, работают и четыре генконсульства в регионах: в Петербурге, Новосибирске, Уфе и Екатеринбурге. Они предоставляют гражданам Таджикистана в России определенные платные госуслуги. Например, замена и продление паспорта, получение виз, выдача различных справок.
По словам Денисовой, если поступает жалоба от гражданина Таджикистана о привлечении к принудительному труду, где замешаны граждане этой страны, то должна идти речь о возбуждении уголовных дел в Таджикистане, и это давало бы какую-то надежду на решение по делу.
Раззак Латипов, выходец из Таджикистана, ныне начальник партии комплексных геологических работ АО «Геоцентр-Москва» считает необходимостью организовать краткосрочные курсы подготовки мигрантов, обучению языку, основам права, профессии, культуры, правилам поведения.
Дмитрий Михайлов считает, что необходимо ужесточить контроль над российским бизнесом, незаконно зазывающим иностранных граждан в Россию, привлекать их за это не только к административной, но и уголовной ответственности.
В июне 2017 года мы письменно обратились к главе Минтруда, миграции и занятости населения Таджикистана с просьбой дать нам интервью и подробно рассказать об этой проблеме, проводимой работе и перспективных планах. Поначалу интервью хотел дать заместитель министра, потом переадресовали на начальника управления миграции. Но ни один из этих чиновников так и не выделил время на общение с журналистами.
Вместо резюме
Правозащитники как в России, так и в Таджикистане, утверждают, что необходимо соблюдать все миграционные правила и порядки всеми сторонами. Мигрант должен легализоваться, заключать трудовые договора с работодателем, которые тоже несут ответственность за соблюдение всех прав своих работников.
Но все это не может обеспечить мигранту надежную защиту. Он в любой момент может необоснованно под любым предлогом оказаться на «выселках» как неугодный. Такое уже случалось, и не раз.
Как ни странно, несмотря на все проблемы, миграционный поток не идет на убыль. Таджикского работягу не останавливает ни экономический кризис, ни вероятность оказаться в рабских условиях у недобросовестного российского работодателя.
Источник: ca-news.org
