В 2020 году зафиксирован рекорд по числу арестованных за свою профессиональную деятельность журналистов. По данным международного Комитета по защите журналистов на 1 декабря уходящего года, не менее 274 сотрудников СМИ находятся под арестом или в заключении – это самое большое число с начала 1990-х годов, когда организация начала отслеживать соответствующие данные.
Лидерами печального рейтинга по числу арестованных журналистов являются Китай, Турция, Египет и Саудовская Аравия.
Программный координатор Комитета защиты журналистов по Европе и Центральной Азии Гульноза Саид рассказала о ситуации в регионе.
Саид: Если мы возьмем страны постсоветского пространства, то здесь налицо значительные изменения. Впервые с 2014 года в переписи журналистов, находящихся в тюрьме, присутствует Беларусь. Наверное, не трудно догадаться о причинах — после президентских выборов 9 августа в стране проходят массовые протесты против президента Лукашенко и официально объявленных результатов выборов. На момент проведения переписи 10 журналистов находились в тюрьме в Беларуси, это огромная цифра.
Беларусь наряду с Россией является рекордсменом в нашем регионе. В России число сидящих в тюрьме журналистов тоже увеличилось. Если мы включим Крым, который находится под контролем российских властей, хотя является территорией Украины, то 10 журналистов находились за решеткой в России, трое из которых являются журналистами из Крыма — этнические крымские татары. Остальные 7 журналистов — из других частей России.
Гульноза Саид.
Говоря о журналистах, освещающих протесты, необходимо сказать, что и в России мы видели большое число работников СМИ, которых задерживали и сажали. Особенно в ноябре, когда мы уже проводили работу по переписи. В перепись попала одна журналистка из Хабаровска – Татьяна Хлестунова, которая также освещала протесты, проходящие в Хабаровске уже много месяцев. Азербайджан также присутствует в переписи — с 4 журналистами, находящимися за решеткой.
В прошлом году, когда мы проводили перепись за 2019 год, в Казахстане в тюрьме находился один журналист.А в этом году — уже другая журналистка, блогер Айгул Утепова. Она была посажена под домашний арест в сентябре, затем, когда мы проводили перепись, она находилась в психиатрической больнице. Ее насильно там держали для того, чтобы провести, по словам властей, «обследование». На днях мы узнали, что ее опять перевели под домашний арест. И домашний арест, и принудительное задержание, и лечение в психиатрической клинике — все такие факты у нас также относятся к категории «Журналисты в тюрьме». Потому что это тот случай, когда журналистов наказывают за их же работу, ограничивая их свободу в такой форме. Я должна отметить, что в перепись мы включаем только тех журналистов, которых за решеткой или в неволе держат именно власти в отместку за профессиональную деятельность, за критические репортажи, блоги, комментарии, которые журналисты готовят в качестве своей профессиональной деятельности.
«Азаттык»: В этом году в заключении скончался правозащитник Азимжан Аскаров. Он тоже внесен в список?
Саид: В нашем ежегодном докладе этот случай отмечен отдельно. Как вы, наверное, знаете, дело журналиста и правозащитника Азимжана Аскарова было одним из приоритетных для нас. В 2012 году мы ему вручили международную премию по свободе прессы. После 10 лет заключения Азимжан Аскаров умер 25 июля в тюрьме, и это очень печальный случай. Мы продолжаем бороться за справедливость в его деле, потому что считаем, что власти Кыргызстана нарушили ряд прав Азимжана Аскарова, когда незаконно арестовали его в 2010 году и затем дали ему пожизненный срок.
Мы точно не знаем, от чего умер Азимжан Аскаров. Как минимум за две недели до его смерти я общалась с женой Азимжана Аскарова, и она говорила, в каком плохом состоянии он находится. Говорила, что у него температура, что он не может вставать, ходить. Но администрация тюрьмы, в которой он находился, никак не реагировала даже на письма, направленные нами официальным лицам Кыргызстана. Вдова Азимжана Аскарова говорила мне, что он, возможно, заразился коронавирусом. Потому что в Кыргызстане было очень большое количество заражений. Но тест ему не проводили. В последний день, за несколько часов до смерти Азимжана Аскарова, его перевели в тюремную больницу, но, к сожалению, он умер. Коронавирус это или нет, но это был ожидаемый исход такого многолетнего дела. Потому что, как мне кажется, кыргызские власти как раз надеялись на то, что если Азимжан Аскаров умрет в тюрьме, они смогут вздохнуть свободно. Поскольку международные организации, такие как мы — «Комитет по защите журналистов» — перестали бы уже говорить об этом деле. Но, конечно, они не правы.
«Азаттык»: Когда в Кыргызстане показатели заболеваемости коронавирусом были очень высоки, международные организации, в том числе ваша, официально просили кыргызские власти отпустить Азимжана Аскарова из-под стражи из-за его возраста, состояния здоровья. Но после 4 октября в Кыргызстане сменилась власть. Как вы думаете, обратит ли она внимание на заявления Хадичи Аскаровой, которая до сих пор ищет справедливости?
Саид: В Кыргызстане, на данный момент, политическая ситуация продолжает развиваться. И нельзя говорить о состоявшемся правительстве или лидерстве. Все-таки мы продолжаем наблюдать за тем, как пройдут выборы и т. д. Но мы очень хотели бы, чтобы власти заняли отличную от предыдущих администраций Кыргызстана позицию в вопросе Азимжана Аскарова. Мы хотели бы видеть политическую волю нового руководства в этом деле. В частности, чтобы они отмыли репутацию Азимжана Аскарова, которая, к сожалению, очернялась 10 лет в государственных СМИ, со стороны многих государственных чиновников. Нам также хотелось бы, чтобы Хадича Аскарова, вдова Азимжана Аскарова, также дети услышали извинения и чтобы Азимжан Аскаров был реабилитирован посмертно.
«Азаттык»: Речь зашла о новой власти. Как вы думаете, какие обязательства она должна взять на себя, что обеспечить безопасность журналистов и свободу слова?
Саид: Когда-то Кыргызстан считался островком свободы и демократии в Центральной Азии, окруженном авторитарными государствами. К сожалению, эта репутация уже не действует. И Атамбаев очень часто делал нападки на журналистов, прессу. Были сумасшедшие судебные дела с огромными штрафами. При последнем президенте ситуация, может, была не такой тяжелой, но тем не менее риторики по поддержке свободных, критических СМИ и журналистов не было. Во время выборов и после выборов в октябре мы уже видели, что не просто отдельные нападения на журналистов происходят. Журналисты в Кыргызстане рассказывали нам об очень хорошо организованных атаках и говорили, что, возможно, существуют фабрики троллей, похожие на те, которые в других странах работают уже много лет. Например, в той же России или Азербайджане. Поэтому у нас есть опасения, что ситуация ухудшается.
Как я уже сказала, очень большое пятно на репутации Кыргызстана остается из-за дела Азимжана Аскарова. Мне кажется, что Кыргызстан – маленькая страна, с относительно небольшими природными ресурсами, у нее все еще есть шанс себя восстановить как приверженца демократии и истинных свобод человека, СМИ, слова. Это не какой-то необратимый путь. Даже в соседних странах, где ситуация была намного хуже, сейчас мы видим больше свободы СМИ, к примеру, в том же Узбекистане. Конечно Кыргызстан все еще более свободен, чем Узбекистан. Фактически это единственная страна, где проводятся большие журналистские расследования, в том числе со стороны радио «Азаттык». Это достойно похвалы. Однако мы хотели бы видеть поддержку со стороны правительства по отношению к СМИ и журналистам.
Источник: Радио Азаттык
