После того, как США отказались от покупки узбекского хлопка, а также вынудили ряд ведущих производителей одежды таких как Nike, Zara, GAP, Levi’s, H&M, Uniqlo последовать своему примеру, это повлекло за собой серьезные последствия в виде существенного сокращения экспорта “белого золота”. Но Узбекистан планирует вернуть былые позиции на мировом рынке хлопка.
После отмены девятилетней хлопковой блокады Узбекистана правительство страны приняло решение о создании добровольных коопераций фермерских хозяйств, а ещё ранее было принято решение об активном создании кластеров по переработке хлопка и привлечению частных инвестиций. За комментариями о том, как это повлияет на экономику страны и поможет ли фермерам справиться с последствиями санкций редакция «Эхо Кыргызстана» обратилась к директору Центра исследовательских инициатив «Ma’no» Бахтиёру Эргашеву.
– Э.К. Бахтиёр Исмаилович, не могли бы Вы объяснить нашим читателям более понятно, в чём же заключается разница между фермерскими кооперативами и кластерами?
– Б.Э. Решение о создании фермерских кооперативов вызревало все последние годы и сейчас в стране идёт процесс активного их формирования. Упор делается на создание многопрофильных фермерских кооперативов, которые объединят фермеров, производящих разные виды продукции. Прежде всего, это касается плодоовощного направления, но коснётся также и хлопководства.
Когда в начале нулевых годов в Узбекистане, после почти десяти лет экспериментов с созданием первых фермерских хозяйств, в основном, в животноводстве, на основе изучения накопленного положительного и негативного опыта, было принято стратегическое решение о расформировании большинства ширкатных (коллективных) хозяйств и формирования фермерских хозяйств – это был важнейший шаг по пути структурных реформ в сельском хозяйстве. И когда в 2006–2007 годах, правительство увидело, что созданные, почти триста тысяч фермерских хозяйств, остаются мелкотоварными производствами, со средним размером по стране около 5 гектаров, было принято решение о необходимости их укрупнения. В результате этого количество фермерских хозяйств сократилось до примерно 70 тысяч, а средний размер увеличился почти в три раза. Это увеличило возможности фермерских хозяйств. Однако, тогда уже было ясно, что в любом случае нужно создавать условия для стимулирования процессов добровольного объединения фермерских хозяйств в новые формы – фермерские кооперативы.
Выращивание сельскохозяйственной продукции это очень тяжёлый и трудоёмкий процесс, который с каждым годом становится всё сложнее. Поэтому объединение усилий в рамках кооперативных фермерских хозяйств – это давно назревший вопрос. По моему мнению, у этого процесса очень хорошие перспективы. Несомненно, что как и всякого нового дела, будет много проблемных моментов и возникнет большое количество вопросов, что потребует очень серьёзных усилий, как со стороны фермеров, так и со стороны государства. Но как магистральное направление развития сельского хозяйства- фермерские многопрофильные кооперативы – это серьёзный шаг вперёд.
Теперь поговорим о том, что такое кластеры. Кластеры создаются в рамках деятельности крупных компаний, и в основе кластеров находится хлопкоперерабатывающие предприятия. Компании работают на фьючерсной основе с фермерами. Они заключают договора на поставку определённого количества хлопка–сырца. В рамках фьючерсных контрактов фермеры обеспечиваются семенами, горючим, удобрениями. Осенью, после получения от фермеров хлопка-сырца, в работу включаются остальные предприятия, входящие в кластер. На каждом этапе от производства хлопковой пряжи и, заканчивая пошивом трикотажных изделий, создаётся добавочная стоимость, что в итоге влияет на конечную стоимость готового продукта. Так как добавочная стоимость формируется внутри кластера, то стоимость конечного продукта получается ниже, чем в случае, когда задействованы разные компании, специализирующиеся только на одном из этапов переработки хлопка. Уменьшение конечной стоимости увеличивает конкурентоспособность товара на мировом рынке.
То есть кластер — это цепочка добавочной стоимости, создаваемая определённой компанией на определённой территории через заключение фьючерсных договоров с десятками и сотнями фермерских хозяйств. Но если говорить в целом нужно сказать, что за последние три года произошли кардинальные изменения в хлопковой политике Узбекистана.
В рамках реализации политики экспортоориентированного развития, сделана ставка на развитие текстильной, трикотажно-швейной отраслей как одного из локомотивов экономического роста.
Предусматривается резкий рост экспорта текстильной, швейной продукции до 7 млрд. долл. США до 2025 года. К этому же периоду намечено добиться цели по стопроцентной переработке производимого в стране хлопкового волокна.
Но увеличение экспорта текстильной продукции потребовало решения главной проблемы – обвинений в использовании детского и принудительного труда. Практики, которая существовала ещё с советских времён.
Я сам помню, как нас, учеников первого класса сельской школы, после занятий выводили на сбор хлопка. И устанавливали норму в два килограмма. Хлопчатник был выше нас, когда мы выходили в поле. И так продолжалось до окончания средней школы. Это было непросто проблемой. Это было бедой.
Как казалось, эта проблема никогда не будет решена. Но президент Ш.М. Мирзиёев проявил политическую волю и жёстко настоял на запрете этой порочной практики. И оказалось, что проблему привлечения учеников к сбору хлопка можно решить. И она была решена. И международные организации уже признали, что принудительного детского труда в стране больше нет.
Меня часто спрашивают журналисты, а какое на ваш взгляд, самое прорывное событие в жизни Узбекистана за последние три года? Я отвечаю, что это ликвидация практики детского труда на сборе хлопка.
Кроме того, в стране наконец-то начали вводить систему достойной платы за ручной сбор хлопка-сырца. Цены за килограмм собранного хлопка стали конкурентными с соседними странами – Казахстан, Киргизия. И это привело к тому, что появился материальный стимул для сборщиков. В результате, если все предыдущие годы сотни и тысячи сборщиков хлопка из приграничных с Казахстаном и Киргизией областями работали на сборе хлопка у фермеров данных стран, то, например, в той же Андижанской области в 2019 году почти весь хлопок был собран уже в середине октября, а фермеры из южных областей Киргизии так и не дождались сборщиков хлопка из Узбекистана. И такая ситуация была почти повсеместно.
В целом, говоря о кластерах и фермерских кооперативах, как формирующихся новых форматах организации в сельском хозяйстве страны, стоит отметить, что это только часть большой, комплексной, многоаспектной политики по коренному реформированию системы хлопководства и смежных, связанных с ней отраслей экономики.
Источник: ehokg.org
