Гулистан Мамметгельдыеву, незаконно уволенную из детдома после 20 лет безупречной работы, преследуют и обвиняют в связях с turkmen.news. Об истории этой женщины, матери девяти детей, мы подробно рассказали в начале сентября. Была надежда, что публикация дойдет в Туркменистане до самого верха, откуда дадут команду беспристрастно разобраться в этом деле. Вместо этого женщину буквально спустя пару часов после выхода материала забрали в отдел полиции, где несколько часов допрашивали. На новые письма Гулистан в Генеральную прокуратуру и президенту продолжают приходить отписки.

Предыстория

Гулистан Мамметгельдыева добивается справедливости больше двух лет. Все началось с того, что она, мать девяти детей, попросила предоставить временную работу своей старшей дочери в том же детдоме, где сама работает няней. Там как раз открылись вакансии, причем на самые обычные должности: помощник воспитателя, уборщица, санитарка. В такой просьбе не было ничего особенного, тем более что оформить ее письменно и обратиться к директору женщине посоветовали в управлении образования.

Поначалу новый директор детдома Назармамед Аразов согласился принять дочь Гулистан, но потом резко отказал под предлогом того, что родственники не могут работать вместе. К другим сотрудникам детдома это правило он не применял.

Эта капля переполнила чашу терпения Гулистан, и она решила привлечь внимание к многочисленным нарушениям в детдоме: мошенничеству, избиению и принудительному психиатрическому лечению воспитанников, а также травле девочек, из-за которых они сбегают к взрослым мужчинам. Преступные деяния администрации и персонала няня описала в жалобе президенту Туркменистана с копией в Министерство образования и Генеральную прокуратуру. Однако вместо расследования этих фактов началась кампания по очернению самой Гулистан. Аразов вместе с приближенными из числа сотрудников детдома стал попросту мстить женщине.

Сначала директор устроил внезапную проверку группы Гулистан в 5 утра, которую снял на телефон. Он пытался уличить няню в том, что она спит во время работы, чтобы затем сделать ей выговор. Потом он решил пойти ва-банк и изобразить Гулистан преступницей. Женщину обвинили в том, что она якобы избила пятерых воспитанников детдома железным прутом. Этот план сработал благодаря лжесвидетелям и подложным доказательствам. Прокуратура вынесла предложение уволить Гулистан — управление образования согласилось.

Женщина подала в суд, но судья Даянч Сапаров отказал ей в восстановлении на работе. Затем коллегия судей Балканского велаятского суда отклонила апелляцию, потратив на заседание ровно 15 минут.

С тех пор женщина пишет во все инстанции, но так и не нашла справедливости, поэтому решила вынести свою проблему в публичное пространство.

Моральное давление

После предыдущей публикации turkmen.news давление на Гулистан усилилось. В тот же день женщину прямо из дома забрали в отделение полиции, где на протяжении четырех часов допрашивали. Сразу три сотрудника, все в штатском, никто из них не представился.

Они пытались сломать Гулистан. То с криками обвиняли в предательстве, то сулили новую работу с тем же окладом, если она прекратит всякие контакты с turkmen.news, то угрожали «надолго посадить» за то, что опозорила на весь мир свою страну. Сотрудники обрушивались на женщину:

«Может, он [редактор сайта turkmen.news Руслан Мятиев] тебя зомбировал? Почему ты написала именно ему, а не в другие СМИ? Может быть, ты и раньше передавала ему информацию отсюда?! Ты своими роликами в TikTok и обращением [к независимому СМИ] продала нашу родину!».

Допрашиватели заявили Гулистан, что у них якобы есть видео того, как она бьет детей. Женщина предложила посмотреть запись: «Я так давно мечтаю ее увидеть! Но мне ее не показывают».

Затем Гулистан попытались убедить в том, что она успела согласиться с решением суда и подписаться под ним. Документ с решением судьи Даянча Сапарова был в этот момент у женщины в руках: «Пожалуйста, покажите мою подпись!»

Жалобы и вопросы женщины остались без ответа.

Одновременно в полицию вызвали директора детдома Назармамеда Аразова, но отказались устроить очную ставку, которую потребовала Гулистан. Аразов во время ее допроса сидел в соседнем кабинете.

Злой полицейский

Несмотря на все угрозы и манипуляции во время допроса Гулистан не сникла. Ее поддерживает уверенность в собственной правоте, в том, что ее обвинение сфабриковали. Обратиться к президенту страны через СМИ женщину вынудили равнодушие и бездействие должностных лиц различных инстанций – от велаятского объединения профсоюзов до Генеральной прокуратуры и Верховного суда Туркменистана.

Один из сотрудников обвинил Гулистан в том, что в материале в адрес Аркадага (титул Гурбангулы Бердымухамедова) якобы было использовано браное слово, и что за это она понесет наказание. Показать это самое слово в статье он так и не смог.

Не успевала женщина ответить на обвинение одного допросчика, как тут же начинал ее упрекать другой: мол, как же она, Гулистан, верующая и читает намаз, а в то же время носит короткие волосы?

Пристальное внимание вызвал и орден «Эне мяхри». Сотрудники заявили Гулистан, что после обращений к президенту Туркменистана через иностранные СМИ и соцсети она стала недостойна почетного звания, и орден у нее заберут.

«Его мне вручили не вы, а наш уважаемый президент. Но если вы сможете отнять мой орден, то ради бога, от этого я не перестану быть матерью-героиней. Все равно у меня [после присвоения звания] условия проживания детей не улучшились. Приходите ко мне домой и посмотрите, в каких условиях они живут».

В ответ сыпались новые крики и угрозы:

«Ты продолжай и дальше давать [turkmen.news] информацию, и другим [независимым СМИ] тоже давай, но знай, что этим самым ты уже вывела знак «минус» на лбу своих детей».

Эти слова вызывают горькую усмешку. Будь у Гулистан и ее семьи изначально положение со знаком «плюс», она и ее семья не оказались бы в подобной ситуации.

Гулистан держится, но заметно, что она в отчаянии. Она уже не знает, кому еще адресовать вопросы, которые она неоднократно задавала прокурорам, судье, профсоюзному работнику и всем, кто проводил проверки по ее заявлениям.

Почему никто не расследует тот факт, что одна из воспитательниц действительно избила детей, хотя Гулистан предоставила видеодоказательства? Собеседники «не помнят» этой темы.

Почему не назначат ей очную ставку с Назармамедом Аразовым? — «Успеется».

Где то видео, на котором она, Гулистан, берет в руки железный предмет и бьет им детей? Если оно существует, то стоит один раз его показать — и вина Гулистан полностью доказана. Но женщине не могли показать вымышленное видео и не могли прокомментировать отказ.

Доказательства и свидетельства

К слову, в 2023 году вновь назначенный прокурор города Балканабад Сердар Ходжамгулыев пересмотрел материал против Гулистан. Он взял показания 12 сотрудников детдома, которые подтвердили, что их бывшая коллега трудилась добросовестно и никого не била. Но впоследствии эти показания «потеряли». Когда же следователь прокуратуры Батыр Мамедов вызвал на беседу директора детдома Назармамеда Аразова с намерением вернуть Гулистан на работу, тот остановил процесс с помощью единственного телефонного звонка. Кому — неизвестно, но он вернулся в кабинет к следователю, ударил по столу кулаком и заявил: «Пусть хоть небо на землю натянет, но в детдом она не вернется ни при мне, ни даже после моего ухода!»

Позже следователь Мамедов признался Гулистан, что уверен в ее невиновности, но ничем помочь не может: выше него тоже есть люди…

А чего проще было сфальсифицировать признания детей, на которые теперь все проверяющие ссылаются! Эти показания взяли у детей взрослые дяди в присутствии всесильного директора детдома. Гулистан уверена, что те же самые дети в другой обстановке, будучи уверенными в том, что их не накажут за правду, дадут совершенно другие показания. А принципиальный проверяющий признает: документ о нанесенных детям побоях состряпали люди директора. И именно они нарушили закон.

И к признанию медиков о том, что они подписывали заключение о побоях под давлением, такой проверяющий отнесся бы со всем вниманием.

Только вот нет такого принципиального. Все, от кого зависит судьба Гулистан, смотрят на то и так, на что и как им скажут правоохранители… Поэтому расследовать происходящее в детдоме Балканабада и проверить все доводы Гулистан Мамметгельдыевой по поводу ее незаконного увольнения должна независимая внешняя комиссия экспертов.

До сих пор проверяющие даже не пытались вникнуть, что на самом деле происходило и происходит с детьми. Поговорить с ними без присутствия детдомовских начальников, от которых зависит их жизнь. Проверяющим сподручнее было мельком глянуть в «уже имеющиеся материалы дела» и дать стандартный ответ: «уволили правильно, уволили законно, в случае несогласия обращайтесь в суд». Судья отвечает: «прокуратура должна отменить свое представление». Прокурор, вынесший представление, сообщает, что он требовал не уволить Гулистан, а только «принять меры по устранению нарушений закона». И так по кругу.

Самый удивительный совет Гулистан дал представитель областного объединения профсоюзов Рамис Рахимов. Чиновник организации, призванной защищать права и интересы трудящихся, предложил:

«Нет ли у тебя золотых изделий, чтобы отдать их кому надо и решить проблему с трудоустройством?»

Добрый полицейский

Вместе с угрозами и обвинениями в несуществующих деяниях Гулистан Мамметгельдыевой обещали как-то «компенсировать» увольнение и предлагали другую работу и ей, и заодно ее дочери, об устройстве которой она хлопотала изначально.

«Давай ты пойдешь работать в интернат для инвалидов? Или давай мы устроим тебя в детский садик?» Женщине предлагали такую же зарплату, какую она получала в детдоме. Гулистан отказывалась: она 20 лет проработала на этом месте, любила свою работу и мечтала с нее выйти на пенсию.

Но тут еще другое: как можно предлагать работу с детьми, с инвалидами человеку, которого вы только что обвиняли в жестокости к детям и уволили по соответствующей статье? Получается, дело совершенно не в том, что Гулистан якобы била детей.

Женщина прекрасно знает, в чем причина ее мытарств на самом деле. Ей не раз говорили, что именно в детдом она не вернется. Такова месть директора Назармамеда Аразова.

Детские дома — учреждения, в которые всегда направлены потоки государственных денег, спонсорской помощи от местных и зарубежных компаний и частных пожертвований. Желающих присосаться к этим потокам, вместо того чтобы направлять их на детей и их развитие, находится много.

Вдобавок к этим «доходам» некоторые руководители зарабатывают на продаже рабочих мест. Почти каждый месяц открываются вакансии и в детдоме, но работу в нем получают не через биржу труда, а по звонку сверху. Место сторожа, например, стоит 20 тысяч манатов, ночного сторожа или няни — 30 тысяч манатов.

Об этих вещах знают все, в том числе и в правоохранительных органах. И не просто знают.

Самое страшное — воровство и хищения, фабрикацию «преступлений» и укрывательство в детдоме видят дети. А изменить положение внутри коллектива одни не хотят, а другие не могут, потому что боятся зарвавшегося директора. Потому что знают, что у Назармамеда Аразова много денег, но еще больше влиятельных покровителей.

Инженера по образованию, бывшего работника цементного завода в детский дом устроил на работу его родственник — бывший работник МНБ. Кроме того, Аразова может поддерживать бывший глава управления образования Сердар Шеммиев. Предыдущий же директор детдома Шамурад Реджепов — сам бывший сотрудник МНБ. При нем ситуация в детдоме была не лучше…

В одном из полицейских, говоривших с Гулистан 2 сентября, вдруг пробудилась жалость к женщине. Он поинтересовался причиной, почему дети Гулистан не пошли в школу 1 сентября. Гулистан ответила просто: им нечего носить. Тот отвел четверых детей в магазин и купил им одежду и обувь. И это, пожалуй, был единственный светлый момент в день допроса.

Turkmen.news будет с вниманием и тревогой следить за судьбой Гулистан Мамметгельдыевой и ее семьи. Если использован метод кнута и пряника, то следом может обязательно последовать провокация. Когда человеку нечего вменить в наказание на самом деле, поводы создают искусственно. А уж на какие провокативные меры способны туркменские так называемые правоохранители, мы постоянно рассказываем.

И все же не перестаем надеяться, что справедливость восторжествует, и все обвинения в отношении Гулистан будут сняты, а саму ее вернут на прежнее место работы. Сама же Гулистан и ее дети все еще надеются на внимание к их ситуации лично Сердара Бердымухамедова, на имя которого женщина не раз писала заявления.

Источник: Turkmen.news