Казахстан игнорирует один из главных мировых трендов – нетерпимость к сексуальным домогательствам на рабочем месте. Словно в противовес событиям, происходящим на Западе, где одна за другой рушатся карьеры любвеобильных знаменитостей, казахстанские жертвы грязных приставаний остаются практически без защиты. Никак не может переломить ситуацию даже человек, признанный жертвой харассмента на международном уровне…
Буквально на днях школьная гардеробщица Анна Белоусова отметила свой 36-ой день рождения, а вместе с ним – и ровно шесть лет непрекращающейся борьбы за свои права. Белоусова теперь в Казахстане знаменитость, правда, слава и внимание прессы за все эти годы не принесли ей никаких благ. Накануне дня рождения Анна получила очередной «подарок» из суда – отказ в удовлетворении ее иска к государству о выплате компенсации за харассмент в размере 7.463.641 тенге (более 22 тысяч долларов США).
По-настоящему Анна прославилась на всю страну еще в 2015 году, когда Комитет ООН по ликвидации дискриминации в отношении женщин (КЛДЖ) принял ее сторону в деле «Белоусова против Казахстана». Это было первое подобное дело для всей Центральной Азии.
Комитет своим решением призвал Казахстан компенсировать пострадавшей моральный вред и материальные потери, а также внести изменения в законодательство для обеспечения должной защиты жертвам сексуальных домогательств. На исполнение рекомендаций КЛДЖ государству отводилось шесть месяцев.
Прошло два с половиной года. Анна до сих пор обивает пороги госсорганов и казахстанских судов, пытаясь получить положенное.
Неисполнение международных обязательств
Казахстан ратифицировал международную Конвенцию о ликвидации всех форм дискриминации женщин еще в 1998 году. Как пояснила занимающаяся делом Белоусовой правозащитник Анастасия Миллер, это означает, что государство обязалось исполнять решения и рекомендации КЛДЖ. Однако выяснилось, что в стране до сих пор не выработан механизм исполнения подобных решений.
– Поняв, что представители государства по доброй воле палец о палец не ударят, Белоусова была вынуждена инициировать судебный иск, – говорит адвокат Снежанна Ким, сопровождающая дело Белоусовой во всех инстанциях. – Поначалу она пыталась призвать к ответу Рудненский отдел образования, потом – Минфин РК, но всякий раз суды находили отговорки, чтобы отказать в удовлетворении иска.
По словам адвоката Ким, поначалу суд посчитал, что исполнение решения Комитета ООН не может находиться в компетенции органов местной власти. Но когда появился иск, обращенный к центральным госорганам, выяснилось, что суд не считает рекомендации Комитета ООН документом, обязательным для исполнения в Республике Казахстан.
– Всякий раз, получая очередной отказ, я задаюсь вопросом: зачем наши судьи без конца участвуют во всех этих громких тренингах и семинарах по международному праву? – возмущается Снежанна Ким. – Ведь эти же судьи потом называют выводы организации, решения которой государство должно признавать во исполнение международных обязательств, всего лишь «мнением». И нормы международного права, и внутреннее законодательство в решениях по делу Белоусовой трактуются как угодно, лишь бы хоть как-то обосновать отказ в иске…
Кстати, одно из многочисленных рассмотрений жалобы Белоусовой вызвало громкий скандал, закончившийся увольнением судьи. В июне 2017 года судья Сарыаркинского районного суда Астаны Кунболат Арипов вынес определение о привлечении к участию в процессе… экспертов ООН в качестве третьей стороны. Этот судебный акт, на который юридическое сообщество Казахстана отреагировало волной насмешек в соцсетях, привел к отстранению судьи от рассмотрения дела, а затем и его увольнению по собственному желанию. Впрочем, к удачному для истицы исходу разбирательств это не привело…
Состав преступления
Самой Анне Белоусовой сегодня очень сложно говорить как на тему судов, так и о случившемся в школе села Перцевка Костанайской области Казахстана, где она работала. Во время судебных заседаний она начинает плакать всякий раз, когда ее просят рассказать, что произошло.
– В 2011 году в школу пришел новый директор, который положил на меня глаз, – говорит Анна. – Он стал приставать и прямым текстом требовал от меня интима. Получая отказы, он всякий раз наказывал меня грязной работой, которая не входила в мои должностные обязанности. Заставлял меня быть уборщицей, а однажды отправил в 30-градусный мороз на улицу мыть школьный забор… Директор постоянно оскорблял меня. Он вел себя как бай, а я для него была деревенщиной, жалобам которой никто не поверит. Я умоляла его отстать от меня, ведь я замужем, у меня двое детей. Тогда он заявил, что я должна ему заплатить, и потребовал 10 тысяч тенге, при этом моя зарплата была всего 15 тысяч… Я пыталась жаловаться, но в Рудненском гороно мне, действительно, не поверили. Посмеялись и сказали: «Подумаешь, беда! Раздвинула ноги и работай себе дальше». Да, я человек необразованный, всю жизнь провела в деревне, но растоптать себя не позволю.
Жалобы Анны в полицию и прокуратуру оставались нерасследованными. Ни к чему не пришла проверка присланной в школу из гороно рабочей комиссии, тем более что контролеры ограничились опросом директора, который все отрицал. Анну они даже не пригласили на разговор. В конце концов, женщину уволили.
Когда история Белоусовой стала достоянием прессы, директор привлек гардеробщицу к суду за клевету. Этот иск Белоусова проиграла, несмотря на то, что в процессе выступили свидетели, подтвердившие факты преследований и домогательств. Попытка Анны представить суду диктофонные аудиозаписи грязных разговоров, которые вел с ней директор, тоже оказалась безуспешной. Суд отказался принять их в качестве допустимых доказательств. В результате с Белоусовой в пользу ее противника был взыскан 1 (один) тенге, ее обязали принести директору публичные извинения.
Решение Комитета ООН
Не сумев найти справедливости на родине, Анна Белоусова с помощью юристов Казахстанского Международного бюро по правам человека и соблюдению законности дошла до женевского Комитета ООН по ликвидации дискриминации в отношении женщин, который в итоге заявил:
«В данном деле органы и суды государства-участника не уделили должного внимания жалобе автора по факту гендерного насилия, которое проявилось в форме сексуальных домогательств на рабочем месте, равно как и подтверждающим эту жалобу доказательствам, и что таким образом они не выполнили свою обязанность учитывать гендерные факторы при рассмотрении жалобы.
В данном деле органы власти не расследовали причины, по которым трудовой договор автора не был продлен после более чем 10 лет службы. В обстоятельствах, свидетельствующих об отсутствии желания учесть уязвимость положения… женщины, являющейся единственным кормильцем в семье и при этом находящейся в подчинении… Комитет подтверждает, что государство-участник нарушило свои обязательства» (по исполнению Конвенции – авт.).
Это решение было воспринято в Казахстане как сенсация. Но ряд неудачных попыток добиться исполнения решения КЛДЖ привел Анну к сильнейшему стрессу. Белоусову сильно угнетала вынужденная огласка подробностей. Она стала жертвой пересудов в родном селе. Сильнейшие переживания привели ее к почти полной слепоте.
Психолог Светлана Черникова, которая обследовала Белоусову, считает:
– Хронические стрессовые факторы, в которых Анна пребывала на протяжении нескольких лет, вызвали необратимые изменения: Белоусовой пожизненно дана первая группа инвалидности в связи с потерей зрения. У нее выраженная астения, синдром хронической усталости, налицо симптомы депрессии. Разрушены ценностные ориентиры Анны: вера в справедливость, человеческую порядочность, честность. Появился страх перед миром, недоверие к людям, уход от социальных контактов. Эти вынужденные изменения также могут носить необратимый характер. Белоусова вынуждена оставаться жить в своем поселке, где все напоминает ей о психотравмирующих событиях. Ей необходимо уехать оттуда и начать жить там, где никто ее не знает и ни о чем не будет напоминать…
Правозащитник Анастасия Миллер, Анна Белоусова и адвокат Снежанна Ким. Лето 2017 года.
В Казахстане все чаще говорится о том, что женщины, оказавшиеся жертвами домашнего насилия или сексуальных домогательств на рабочем месте, боятся и стыдятся рассказывать о своих проблемах. Пожаловаться означает обречь себя на позор. Такие обстоятельства правозащитники считают одним из признаков недоработок в существующей в Уголовном кодексе РК статьи 123 «О понуждении к половому сношению». И если законодатели уверяют, что норм УК все-таки достаточно для привлечения к ответственности за харассмент, то практикующие юристы утверждают: на самом деле казахстанские женщины лишены эффективных средств защиты в правовом поле.
– Каждое сексуальное домогательство – это отдельный случай, – поясняет свою позицию адвокат Снежанна Ким. – Его нужно рассматривать с учетом конкретных обстоятельств. Существующая 123 статья УК РК не учитывает объективные квалифицирующие признаки этого преступления. Поэтому я уверена, что в нашем уголовном кодексе должна появиться отдельная статья о сексуальном домогательстве. К этому же, кстати, Казахстан призывает и решение КЛДЖ ООН по делу Белоусовой…
Сегодня адвокаты Белоусовой и правозащитники, сопровождающие это громкое дело, готовят жалобу в Верховный суд Казахстана. Новый раунд борьбы за права Анны Белоусовой состоится уже в ближайшее время. Защитники бывшей школьной гардеробщицы, которая осмелилась противостоять сложившейся в обществе традиции легкомысленного отношения к харассменту, твердо считают, что никаких законных причин для отказа в требованиях Анны Белоусовой у государства нет. По мнению профессионалов, ссылка на отсутствие в правовой системе прописанного механизма исполнения требований комитета ООН смехотворна и ничтожна. Как ни крути, а Конвенция о ликвидации всех форм дискриминации женщин Казахстаном признана и действует как международный документ, имеющий преимущество перед национальным законодательством.
