Министерство финансов сэкономило на сотне защитниках экономических интересов государства – таможенниках, приравненных к сотрудникам правоохранительных органов. Всех их уволили по достижению предельного возраста без выплаты пенсии. Почему без пенсии? Потому что именно для этой профессиональной категории придумали исключение.
На пресс-конференции в Алматы представители таможенной структуры рассказали о поразительной ситуации, куда государство загнало своих защитников.
В 2012-14 годах работников таможенных органов после реорганизации поделили на две части: по результатам аттестации примерно 87 процентов направили на фискальную работу в систему Комитета государственных доходов, еще 13 процентам, показавшим лучшие результаты, сохранили погоны и, приравняв их к правоохранителям, отправили непосредственно на борьбу с контрабандой и другими преступлениями в этой сфере в Службу экономических расследований.
В 2018 году из «правоохранительного блока» таможни по достижению предельного для силовых структур возраста (48-55 лет) уволили свыше 80-ти человек. При этом, как оказалось, пенсия им не положена. Поэтому потерявшим работу придется на общих основаниях ждать 63 лет, но беда в том, что устроиться на работу в условиях перманентного экономического кризиса после 50-ти нереально. В то же время их коллеги, продвигающиеся по фискальной стезе, спокойно работают до достижения выхода на пенсию в 63 года, как и большинство казахстанцев.
Хотя таможенники, занимающиеся непосредственно оперативной работой, должны и по идее, и по закону получать пенсии наравне с полицейскими или военными. Но, как оказалось, должны – не значит, что обязаны. Суды первых инстанций (иски подавались по отдельности) вставали на сторону бывших «верещагиных», апелляционные инстанции, как правило, тоже. А вот Верховный суд при кассационных рассмотрениях непременно принимал позицию оппонентов уволенных (главным из которых стал их родной орган), хотя те так и не смогли обосновать в связи с чем к небольшой группе таможенников применим отдельный подход. Также по-хорошему, если суд выясняет, что применяемая норма закона противоречит Конституции, тогда судебный процесс должен быть приостановлен, чтобы судья мог направить запрос в Конституционный суд за разъяснением. Но это, во-первых, лишняя работа для судьи, во-вторых, вдруг действительно выяснится, что имеется прямое противоречие основному закону… Поэтому оставили как есть. Разве что в Минфине смогли сослаться на постановление №129 О правоохранительной службе, где на самом деле таможенники исключены из числа льготников по получению пенсий, только это опять же не затрагивает «правоохранительный блок».
По такому случаю создали межведомственную комиссию с включением (но без приглашения на заседания) представителей пострадавшей стороны, однако после четырех месяцев заседаний комиссия так ни к чему и не пришла. Точнее, якобы было принято коллегиальное решение – отказать, тогда как, по словам одного из спикеров Сабита Калиева, у них есть документ, полученный месяцем ранее, где уже значится: выплачивать пенсии «нецелесообразно».
И здесь Министерство финансов пошло на небольшую хитрость. По подсчетам таможенников, бюджет, если бы они добились справедливости, беднел бы на 250 млн. тенге ежегодно, тогда как по версии Минфина, для этого понадобится аж 10 миллиардов. Как утверждают уволенные, министерские работники показали цифры в расчете на все таможенные структуры, а не на ее меньшую «силовую» часть. Есть полуофициальное объяснение такой непримиримой позиции финансового органа: если сейчас дадут таможенникам, то тогда придется платить воинам-миротворцам, ЧСникам и другим, чья работа на благо страны связана с прямым риском для жизни. А это накладно, к тому постоянно нужны средства для проведения помпезных мероприятий, строительства ЛРТ в столице, и для других маниловских прожектов, на которые так щедра земля наша.
— Весь парадокс: в этой службе, которая состояла из сотрудников финансовой полиции и нас, в части льготного обеспечения на финансовую полицию это распространяется, а на нас нет, — недоумевает бывший офицер Нурмухамед Аубакиров. Однако людей из «правоохранительного блока» просто ознакомили с приказом о достижении предельного возраста – и за порог. Дальше живите – как хотите.
— Мы выполняли все функции, присущие правоохранительным органам: имели право носить погоны, заниматься оперативно-розыскной деятельностью, также нас привлекали к защите общественного порядка. – разъясняет другой экс-офицер Есенгали Шашаев. — Теперь, когда настал момент начисления пенсий по выслуге лет, Министерство финансов почему-то посчитало, что на нас не должно распространяться право выхода на пенсию по выслуге лет, они не учитывают службу в таможенных органах. Просто нам непонятно, по каким критериям, принципам, на основании какого закона они так считают. Мы что, люди другого сорта?
Так что у служивых имеются вполне резонные основания считать, что в отношении них допущена дискриминации по редкому – профессиональному признаку.
— Они с самого начала опустили ошибки, уволив по достижению предельного возраста без пенсионного обеспечения, теперь он не хотят осознавать свои ошибки, не хотят заднюю давать, — высказывается бывший воин-афганец и бывший офицер Арман Джангазиев.
Из шестерых спикеров, пришедших на пресс-конференцию в Алматы, один является воином-интернационалистом, получившим ранения в ходе выполнения боевых операций (они и поныне дают о себе знать), в другого стреляли преступники уже на службе, третьему срочно требуется операция по шунтированию сердца (средств на платную операцию, чтобы не ждать месяцами очереди, у него нет), четвертый перенес инфаркт… И несмотря на сложившиеся стереотипы, помимо проблем со здоровьем иных богатств никто не нажил. Что еще печальней, четверо из тех уволенных 80-ти уже покинули этот мир.
Есенгали Шашаев вспоминает, что обращался и в центр занятости, но прошло три месяца, а ему никто так и не перезвонил.
Ладно если бы их, как коллег из фискалов, оставили «перекладывать бумаги» до 63 лет, можно было бы и посидеть. Но сейчас бывшие таможенники, оставшиеся без средств к существованию, уповают на проведение митинга. При этом прекрасно понимают: государству они больше не нужны.
Всего по данным таможенников, в такой ситуации оказалось 234 сотрудника таможенных служб. Те, кому в последующие годы предстоит расстаться с рабочим местом, с тревогой ожидают, чем закончится спор пенсионеров с государством.
Источник: Казахстанское Международное бюро по правам человека и соблюдению законности
