Реагирование правительств на острые правозащитные вызовы, возникавшие из-за Covid-19 во всем регионе, негативно сказывалось на праве на образование, свободе СМИ и доступе к правосудию, заявила Human Rights Watch, публикуя сегодня свой Всемирный доклад – 2021.
Правительства стран Центральной Азии использовали противоэпидемические ограничительные меры для преследования журналистов, работников здравоохранения и активистов. Недостаточная поддержка в условиях спровоцированного пандемией экономического спада повышала риски бедности для сотен тысяч человек по всей Центральной Азии.
«Поскольку об окончании пандемии говорить пока не приходится, очевидно, что правительствам и лидерам государств Центральной Азии предстоит еще большая работа по решению проблем с правами человека, которые перетекают в 2021-й год, — говорит Хью Уильямсон, директор Human Rights Watch по Европе и Центральной Азии. – Лучший способ справиться с этим затяжным кризисом – это утверждение приверженности основополагающим правам и свободам».
В 761-страничном, 31-м по счету, Всемирном докладе – 2021 приводится обзор ситуации с правами человека более чем в 100 странах. Вступительное эссе исполнительного директора Human Rights Watch Кеннета Рота посвящено необходимости для новой американской администрации встроить права человека во внутреннюю и внешнюю политику США таким образом, чтобы затруднить отход от них следующим администрациям, которые могут оказаться в меньшей степени приверженными делу защиты прав и свобод. Рот подчеркивает то обстоятельство, что отказ Трампа от значительной части правозащитной повестки сопровождался компенсирующим нарастанием активности в этой области со стороны других государств. Администрации Байдена следует примкнуть к этому новому коллективному процессу, не подменяя его.
В Туркменистане отрицание властями случаев заражения Covid-19 оставило медиков без достаточного объема средств индивидуальной защиты и базовых медикаментов и оборудования для лечения больных. В Таджикистане СМИ, которые и без того находятся под жестким прессингом со стороны властей, столкнулись с новой волной давления в виде блокировки сайтов, угроз и нападений на журналистов, писавших о коронавирусе. В Казахстане и Кыргызстане правоохранительные органы задействовали против пишущих о пандемии избыточно широкие уголовные обвинения в «распространении заведомо ложной информации». С аналогичными последствиями сталкивались и граждане Узбекистана, которые делились в соцсетях информацией о Covid-19.
По всему региону отмечался рост числа сообщений о домашнем насилии, а введение ограничительных мер в связи с пандемией приводило к значительному ограничению доступности убежищ и служб помощи для пострадавших.
В Узбекистане была введена уголовная ответственность за распространение ложной информации о Covid-19 и других опасных инфекциях и ужесточена ответственность по таким статьям, как нарушение карантина или невыполнение требования о прохождении обследования и лечения. По итогам мониторинга ситуации в хлопководстве был отмечен рост детского труда по сравнению с предыдущими годами: отчасти это могло быть связано с закрытием школ на карантин. В январе экс-дипломата Кадыра Юсупова приговорили по делу о госизмене к пяти с половиной годам лишения свободы. В предварительном заключении он подвергался психологическим пыткам.
В Туркменистане отсутствие у правительства стратегии борьбы с экономическим спадом, усилившимся в условиях пандемии, привело к резкому обострению продовольственного кризиса. Острый дефицит продуктов питания по доступным ценам и наличных денег усугубил социальную напряженность, которая выливалась в беспрецедентные стихийные мирные протесты. Власти принуждали к молчанию медиков, которые пытались рассказывать о Covid-19, и не обеспечивали работников здравоохранения средствами индивидуальной защиты, что ставило под угрозу их жизнь и здоровье.
Власти Таджикистана признали наличие в стране случаев заражения только в конце апреля и с опозданием вводили реальные меры по борьбе с пандемией. Медработники испытывали дефицит средств индивидуальной защиты. В мае было совершено два нападения на журналиста «Азия-Плюс» Абдулло Гурбати, писавшего о ситуации с Covid-19 в стране. Администрация душанбинской тюрьмы № 1 не ввела никаких мер профилактики и не обеспечивала лечения заключенным с симптомами Covid-19. В июле министр юстиции заявил, что коронавирусной инфекции в исправительных учреждениях нет, а есть только случаи пневмонии, в том числе со смертельным исходом.
Июльская смерть в колонии несправедливо осужденного правозащитника Азимжона Аскарова на фоне пика заболеваемости в Кыргызстане стала одним из самых мрачных событий для прав человека в этой стране. Власти злоупотребляли ограничительными мерами в связи с Covid-19 для препятствования работе журналистов и адвокатов. Протесты после октябрьских парламентских выборов привели к аннулированию итогов голосования, отставке президента и затяжному политическому кризису, создававшему риски для прав человека.
В Казахстане власти в связи с пандемией вводили произвольные и избыточные ограничения и преследовали журналистов и других, которые критиковали действия правительства в условиях Covid-19. Ограниченные масштабы денежной и натуральной помощи потерявшим работу из-за карантина в сочетании со слабой системой социальной защиты населения не смогли в должной мере предотвратить нарастание бедности и экономических трудностей. Новый закон о мирных собраниях, который правительство преподносило как крупный шаг по пути реформ, по-прежнему ограничивает основополагающее право на протест.
«Пандемия Covid-19 высветила застарелые проблемы во всем регионе Центральной Азии и актуализировала необходимость реальных реформ, в том числе в области прав человека, — говорит Хью Уильямсон. – До тех пор, пока угроза пандемии не отступит, и после этого властям центральноазиатских государств нужно обеспечивать гарантии прав человека».
Источник: HRW
