Профессия промышленного альпиниста одна из самых опасных. Денис Урлаев в ней не первый год. Информационным поводом для интервью с ним послужила смерть промышленного альпиниста в городе Янгиюле, Ташкентской области, упавшего 4 февраля этого года в бункер с цементом.
В случае с Денисом нас интересует не романтическая составляющая его без преувеличения необычной профессии, а особенности трудовых отношений, в которые приходится вступать ему и его коллегам с заказчиками на их работу в Узбекистане. Как оказалось, падение с высоты не единственный риск в их профессии.
Работа на строительных объектах на большой высоте без использования строительных лесов и высотной техники и есть промышленный альпинизм. Специалисты этого дела выполняют большой объем разнообразных высотных работ, таких как ремонт крыш и фасадов, очистка зданий от снега, мытье стекол, покраска, монтажные работы и этот перечень не весь.
В любом городе есть работа, которую могут выполнить только промышленные альпинисты. Переоценить их значение для крупного города сложно. Президент Узбекистана подписал указ об активизации урбанизации. В Ташкенте строится самый крупный единовременный строительный проект в стране новый бизнес-центр «Tashkent City» с высотными зданиями.
Это означает, что все больше людей в Узбекистане будут приходить в эту профессию, наниматься на работу и рисковать. Основной причиной травм и гибели в промышленном альпинизме является несоблюдение техники безопасности, что скорее всего и привело к гибели альпиниста в Янгиюле.
Кто отвечает за безопасность высотных работ? Как промышленный альпинист защищен трудовым законодательством в Узбекистане? Об этом в интервью с Денисом Урлаевым.
Денис! Уже много лет ты занимаешься альпинизмом и скалолазанием. И не первый год работаешь в промышленном альпинизме. Расскажи пожалуйста, как вы, альпинисты, оформляете трудовые отношения со своими заказчиками? На сколько сложно заключить трудовой договор и как соблюдается трудовое законодательство в вашей профессии?
Денис Урлаев. Я работаю и в России, и в Узбекистане, больше правда в России. Сравнивая условия работы в обеих странах могу сказать, что и там, и там, как правило, не соблюдается ни трудовое законодательство, ни техника безопасности.
Фото Денис Урлаев. Москва сити, Башня Федерации Восток 374 метра 93-й этаж.
В обеих странах промышленные альпинисты работают преимущественно «по чёрному». Работник договаривается с заказчиком, выполняет требуемый объем работ, получает деньги, и все расходятся. Ни о каком официальном оформлении трудового договора речь не идет.
Как следствие, ни каких социальных гарантий у нас нет и трудовым законодательством мы не защищены. Оплачиваемых больничных и отпусков мы не имеем, пенсий тоже.
В некоторых случаях трудовой договор заключается. Его оформление возможно на государственных предприятиях, либо в тех случаях, когда высока вероятность обмана и не выплаты обещанных денег работодателем. Альпинисты, зная недобросовестность работодателя, просто не видят для себя смысла работать без трудового договора. Он заключается, но как правило, временный.
Как можно получить право, и соответственно документ, на работу промышленным альпинистом?
Денис Урлаев. У человека должно быть удостоверение промышленного альпиниста, выданное учебным центром и подтверждающее квалификацию. Оно продлевается в России раз в три года. А в Узбекистане, по причине жадности Федерации альпинизма и скалолазания, каждый год. Для этого сдается платный экзамен, смысл которого больше в оплате, чем в подтверждении квалификации. На основании его дается категория допуска – первая, вторая или третья.
Первая категория дает право на работу, вторая разрешает выпускать на работу, а третья предоставляет полномочия руководителя.
Денис! Промышленные альпинисты работают в условиях повышенного риска. Это неизбежная составляющая вашей профессии. В таких условиях режим рабочего дня имеет, без преувеличения, чрезвычайно важное значение. У уставшего человека притупляется внимание, он теряет бдительность. В вашем случае это чревато самыми плачевными последствиями. Альпинист, как и сапер, ошибается один раз. Расскажи о режиме рабочего дня промышленного альпиниста и вообще об условиях вашей работы.
Денис Урлаев. По правилам, ежедневно перед работой на объекте, промальповец должен получить наряд допуск.
«Наряд-допуск – это составленное на специальном бланке распоряжение на безопасное производство работы, определяющее её содержание, место, время начала и окончания, необходимые меры безопасности, состав бригады и лиц, ответственных за безопасное выполнение работы.»
Расписаться в журнале. И только после этого подниматься на объект. Но ни в Узбекистане, ни в России обычно этого не делают. Я допускаю, что где-то все делается по правилам, но в общей практике эти правила не соблюдаются.
Вообще, исходя из сложных условий работы, промышленный альпинист не должен работать больше шести часов в день. В действительности, поскольку все работают на сдельных условиях и оплата осуществляется за объем выполненной работы, заказчик заинтересован в быстром ее выполнение.
Альпинист также заинтересован быстрее закончить работу на объекте и перейти на другой. Поэтому, по факту, рабочий день промышленного альпиниста не нормирован, и вместо положенных шести часов в день, работа может продолжаться десять, двенадцать часов, когда как. Такой режим трудового дня может сохраняться до полного окончания всех работ на объекте, а продолжаться они могут и неделю, и больше.
Все понимают, что это нарушение и так нельзя, но все заинтересованы в обратном.
Стекломойщики, например, работают «по солнцу». Это значит, пока солнце не припекает и не слепит, что особенно важно в летнюю жару, мы работаем на здании. Как только солнце вышло, работа заканчивается, и возобновляется с наступлением относительной прохлады. Работа может быть прекращена и из-за ветра, либо еще по какой причине.
Фото Денис Урлаев. Стекломойщики.
Стандартно работа продолжается с девяти утра до пяти вечера. Но в зависимости от погодных условий количество рабочих часов может увеличится или уменьшиться. Если денег платят много, то альпинисты мотивированны закончить работу быстрее, а значит работать каждый день и больше, и дольше. На продолжительность рабочего дня влияет много факторов. Но главный фактор – деньги. Чем больше платят, тем больше и дольше мы работаем.
К вопросу о технике безопасности. Применительно к промышленному альпинизму соблюдать и выполнять все необходимые требования в отношении безопасности работ более чем актуально. Все выполняется в соответствии с требованиями?
Денис Урлаев. Наши трудовые отношения с заказчиками имеют преимущественно неформальный характер со всеми вытекающими для нас последствиями. А значит, трудовое законодательство к нам отношения никакого не имеет.
По технике безопасности снаряжение должно обновляться в среднем раз в пять лет. Особенно ленточное капроновое. Железки могут служить достаточно долго. За этим никто, кроме альпиниста, не следит. Снаряжение, как правило, покупает и обновляет альпинист на собственные средства.
У заказчиков нет специальных знаний и навыков для контроля безопасности работ альпинистов, поэтому в своем штате они должны иметь соответствующего специалиста. На объекте должен быть выпускающий, который осматривает снаряжение и ставит альпиниста на объект.
В действительности этого не бывает. Работодатели экономят на всем, в том числе и на безопасности альпинистов. Поэтому лишних людей просто не нанимают. Никто специально за безопасностью альпиниста не следит. Вся ответственность за собственную безопасность ложится на самого работника, а работодатель от этого вопроса самоустраняется.
Бывает попросят расписаться в журнале, что ты прослушал и ознакомлен с техникой безопасности — как себя вести на заводе, на высоте и прочее. Этим все и ограничивается.
А поскольку наши трудовые отношения не закреплены трудовым договором, то их как бы и нет. В случае травмы все расходы на лечение ложатся на пострадавшего. Работодатель участия в его лечении не принимает. Если последствия травмы окажутся длительными, то ни о какой поддержке со стороны государства речь не идет. Альпинист лечится исключительно за свой счет.
Если имеет место смертельный исход, скрыть гибель альпиниста на объекте сложно. Только поэтому работодатель, стараясь всеми силами «замять» ЧП, идет на денежную компенсацию семье погибшего.
Если трудовой договор есть, работодатель несет ответственность в рамках закона. Хотя и в таких случаях ситуации бывают разные, потому что работодатель имеет естественный интерес не регистрировать производственную травму. Как следствие, при всякой возможности старается этого не делать, избегая гласности и компенсирует лечение пострадавшему неофициально.
В дальнейшем работодатель за последствия травмы, понятное дело, никакой ответственности не несет. А пострадавший, таким образом, теряет предполагаемые законодательством возможности и компенсации.
В Узбекистане очень высокая безработица и соответственно конкуренция на рынке труда вообще. На сколько высока конкуренция среди промышленных альпинистов в Узбекистане?
Денис Урлаев. После начала кризиса в России зарплаты там резко сократились. Многие перестали туда ездить. Соответственно остались в Узбекистане, значительно увеличив конкуренцию на нашем рынке труда. Конкуренция усилилась в сравнении с предыдущими годами.
При этом приезжие ребята с областей весьма ощутимо снижают стоимость нашей работы.
Во-первых, они согласны работать за меньшие деньги. Во-вторых, менее требовательны к соблюдению техники собственной безопасности. Работодателям дешевле привезти их с областей, обучить хоть как то, дать самое простое дешевое снаряжение и «повесить» на веревки.
Во время подготовки Узбекистана к Шанхайской встрече, в Ташкенте увеличился спрос на высотные работы. Для их выполнения нанимали много именно таких дилетантов. Складывалось впечатление, что их специально завозили с областей. Можно было наблюдать, как человек висит на одной веревке без страховки. И никто за это не переживал. Желание заработать пересиливало здравый смысл и желание жить.
Денис! В Узбекистане, если верить государственной статистике, большая часть работающего населения получает в месяц 1 200 000 – 1 300 000 сум. Это примерно 150 долларов США. Работа промышленного альпиниста очень специфична, опасна, требует специальных знаний и навыков. Да и перебороть страх высоты может не каждый. Как оплачивается труд промальповца в нашей стране?
Денис Урлаев. Сложно назвать средний недельный, месячный и сезонный заработок промышленного альпиниста. Он индивидуален. Много факторов на него влияет – это и квалификация человека, наличие работы, погода, какую сумму готов платить за предлагаемую работу заказчик. Сплошная стихийность.
Разлет стоимости работы примерно таков — от 20 до 150 долларов США в день в зависимости от вида работ. До 500 долларов США в месяц заработать можно.
Если это хороший альпинист, способный выполнить самую разнообразную работу – покраску, сварку, различный монтаж и прочее, а также если у него есть хорошие связи в кругу заказчиков, то он может зарабатывать и до 1500 долларов США в месяц. Причем эти деньги можно заработать как за неделю, так и в течении месяца, а потом, пару месяцев, например, вообще будет сидеть без работы.
Бывает и такое, что договорился выполнить работу за определенную сумму за неделю, но в силу самых разных причин – дождь, ветер, краску не привезли, заболел, что-нибудь еще, выполнил ее за три недели. Все альпинисты работают по сделке, сколько выполнил, столько и заработал.
А в Москве и работы больше и средняя оплата за один рабочий день 100 долларов США. А зимой, чистя снег, можно заработать до 1000 долларов США в месяц.
Но в целом и в России, и в Узбекистане заработок зависит от сезонности. Зимой работы нет. Основной рабочий сезон в Узбекистане с конца марта по конец ноября. Хотя, в Узбекистане иногда и зимой работа бывает.
Весна и осень – это время стекломоев. Летом в Узбекистане жара страшная, поэтому работать в это время тот еще ад.
В целом, в Узбекистане для промышленных альпинистов работы достаточно, но для квалифицированного альпиниста ее не много. Он свою работу оценивает дорого. Поэтому работодателям и в этом случае дешевле привезти малоопытных и соответственно низкооплачиваемых ребят с областей, обучить первичным навыкам, дать самое простое дешевое снаряжение и отправить на объект.
Я в Узбекистане на фирмы стараюсь не работать, потому что это почти стопроцентный обман. Просто не дадут заработанных денег, и все.
Я работаю в основном на частников. Беру небольшие объекты, стекла помыть или еще что-то быстровыполнимое. То есть пришел, отработал и ушел. А крупными объектами, такими как покраска, работа на предприятиях, на фирмах, как я уже сказал, я не занимаюсь. Для меня это не очень выгодно. Платят не много. Я работаю в России и зарабатываю там значительно больше.
Одна из гарантий уйти с объекта с деньгами – это работа у проверенных добросовестных заказчиков.
В феврале этого года в Янгиюле при очистке бункера от цемента погиб альпинист. Сколько может стоить такая работа в Узбекистане и почему предположительно произошла трагедия?
Денис Урлаев. Это работа пыльная и тяжелая. Квалифицированный альпинист за копейки, по узбекским конечно же меркам, за нее не возьмется. Стоить она может от 40 долларов США в день.
Если эту работу выполняют малоопытные ребята с области, которым дал веревку, каску и они полезли, то их можно нанять значительно дешевле. Возможно и погиб этот парень по такой причине.
Как часто промышленные альпинисты в Узбекистане гибнут и получают травмы на работе?
Денис Урлаев. Такая статистика мне не известна, я ее не встречал. Я допускаю, что есть падения, травмы и случае гибели. Но они не афишируются, а потому особо не известны даже в нашем кругу.
Кто обеспечивает альпиниста снаряжением и рабочими инструментами?
Денис Урлаев. Общая практика такова, что снаряжение покупает и обновляет сам альпинист на собственные средства. В Узбекистане рабочий инструмент у нас тоже обычно свой. Заказчик, как правило, выдает крупногабаритное оборудование — распылители для покраски, например.
В Москве же заказчик обеспечивает всем необходимым инструментом. Так всем проще. В России инструмент дешевле и ассортимент больше.
В каких еще видах деятельности может использовать свои навыки альпинист для заработка?
В летнее время для дополнительного заработка альпинисты часто нанимаются для сопровождения туристов в альпинистские лагеря и для переноски грузов в составе туристических групп. Такая работа тоже не оформляется в виде трудового договора.
Я бы не сказал, что в Узбекистане на такие услуги большой спрос. Летом начинается такая жара, что многих иностранцев она отпугивает. Поэтому в это время года мы стараемся уезжать на подобную работу в горы Таджикистана или Киргизии.
Здесь за пару месяцев можно заработать от 2000 до 4000 долларов США. И это чистый заработок, потому что питанием и транспортом обеспечивают.
У кого есть возможность уезжают на заработки в Россию на промальп.
Несколько советов.
Не экономьте на снаряжении. Покупайте лучшее. Экономия на снаряжении – это экономия на жизни. Хорошая физическая форма. Никакой бравады и легкомысленной храбрости.
