Житель села Айдабол Акмолинской области Серик Баярин набирает барду около спиртзавода. 25 февраля 2021 года.
Это история о том, как жители казахстанского села спасли от ликвидации знаменитый Айдабульский спиртзавод. Причина массовой поддержки не в любви к спиртному, а в том, что от деятельности этого предприятия зависит вся жизнь на селе: людям он дает работу, скоту — корм, к тому же обеспечивает теплом местные школу, детсад и амбулаторию. Корреспондент Азаттыка съездил в село Айдабол и своими глазами увидел, как устроен быт сельчан.
БЕЗ БАРДЫ НИ ТУДЫ И НИ СЮДЫ
Высокая кирпичная труба котельной спиртзавода видна еще из Красиловки — соседнего села. Дым из трубы говорит о том, что завод работает. В нос бьет кисловатый запах то ли дрожжей, то ли хлебного кваса.
Еще до рассвета, в полвосьмого утра, приложение на сотовом телефоне показывает –42 градуса. Рабочие дневной смены — женщины и мужчины — небольшими группками торопливо подтягиваются к заводу.
Возле завода на бетонных основаниях установлены железные емкости. От них идет густой пар. Вокруг очередь из трактора и нескольких КамАЗов с емкостями. Все они терпеливо ждут, пока предыдущий не наполнит бардой свою цистерну. Барда — это отход при производстве этилового спирта, зерновое сусло, из которого выжали весь «градус», — продукт в Айдаболе, можно сказать, стратегический. Даже в этом водянистом корме, в котором содержится не более пяти-шести процентов сухого вещества, есть много белков и натуральных питательных веществ. Согласно научным исследованиям, при производстве одного литра зернового спирта выходит больше десяти литров барды. Хранится она всего двое суток, поэтому сельчане скармливают скоту с пылу с жару почти горячую барду. В 40-градусные морозы барда не только питает, но и греет.
30-летний местный житель Серик Баярин, не обращая внимания на щелчки фотоаппарата, заливает из шланга в свою бочку — прицеп трактора — жидкость коричневого цвета.
— Здесь за счет барды люди живут и скотину кормят. Зерно дорогое, и вместо него барду даем. Она горячая, скот хорошо вес набирает. Если ее нет, то скотина сразу чахнет. Каждый берет в зависимости от количества поголовья. На 30 голов берешь, например, три тонны в сутки. Если завод закроется, то аул сразу распадется. Все уедут. Тут ради скотины и барды живут! — комментирует Баярин.
За процессом получения барды через высокий оцинкованный забор завода следит 60-летний слесарь Муратбек Жахин. Его жена, с его слов, тоже работает на спиртзаводе.
— Приехало телевидение, и вроде всё решилось. Сокращений зарплат нет, — высказался Жахин.
Барду завод доставляет прямо на дом. Вдоль обочин сельских улиц у домов стоят емкости, бочки и цистерны. От них идет пар. Это временные накопители для барды. Несколько раз в день по мере поступления заявок трактор ездит по улицам и заливает заветный корм. Рабочим завода он выдается бесплатно. Остальным по талонам. Примерно по 750 тенге (чуть меньше двух долларов) за 500 литров.
— Просто сена у нас мало. А соломой скотину без барды не прокормишь. У меня три головы, и 150 литров хватает в день. Еще литров 200 всегда запас стоит. Завод для нас — это работа, корма, скот и жизнь наша. Единственное, что осталось в поселке. От него и налоги идут, — говорит Леонид Лопатин, который ранним утром перетаскивает ведрами барду из уличных емкостей сразу в сарай.
Трактор с цистерной, наполненной бардой, на фоне спиртзавода. 26 февраля 2021 года.
Кочегар с 30-летним стажем работы в заводской котельной, от которой отапливаются почти все социальные объекты села, рассказал, что примерно три месяца назад ему подняли зарплату до 80 тысяч тенге. Средняя зарплата на заводе — 50–60 тысяч тенге.
«ТЕТЯ КАТЯ» — ХРАНИТЕЛЬНИЦА ИСТОРИИ
Каламкас Усербаева работает библиотекарем 28-й год. Местные называют ее «тетя Катя». Ей осталось работать меньше трех лет до пенсии.
Со словами «сейчас я отзвонюсь» библиотекарь звонит по стационарному телефону.
— Алло, саламатсыз ба, отмечайте, — говорит она и кладет трубку.
Так Усербаева предупреждает районное руководство, что на рабочем месте.
В Сети мало какой-либо информации об истории села и завода. Библиотекарь бережно хранит собранную по крупицам историю села, образованного при спиртзаводе в 1908 году, когда русский владелец заводов Геннадий Шмурло завез оборудование из Варшавы и начал производить спирт.
До 1914 года на заводе изготавливали до 500 ведер спирта в сутки. С 1917 по 1921 год завод переходил то в руки красных, то в руки белых, пока окончательно не был взят под контроль большевиками. Завод конфисковали, и он был государственным до развала СССР, а в 1990-е перешел в частные руки.
В начале и середине 2000-х завод переживал свой расцвет, тогда он производил до 700 тысяч декалитров в год. Спирт в основном отправляли на юг Казахстана — в Алматы, Тараз и в Алматинскую область. На севере страны основными потребителями были Петропавловский, Кокшетауский, Рудненский ликеро-водочные заводы.
Памятник Владимиру Ленину в селе Айдабол Акмолинской области. 26 февраля 2021 года.
Библиотекарь демонстрирует два главных письменных источника истории родного села и завода. Реферат 2003 года «Мое село: возникновение, развитие, перспективы» школьника Игоря Ольферта (сын нынешнего директора завода Петра Ольферта) и монографию «К 100-летию Айдабольского спиртзавода» бывшего экономиста Айдабольского откормсовхоза Казахстана Ильясова 2008 года издания. Оба источника составлены по большей части на основе рассказов старожилов-очевидцев и советской статистики.
В них рассматривается несколько вариантов происхождения названия Айдабол. Первый основан на народной молве о молодом бедняке по имени Айдабол, который пас скот местного бая и влюбился в его дочь. Возлюбленных, решивших бежать, настигают у безымянной речки. Дочь возвращают, а парня убивают. Мол, отсюда и пошло название речки, а впоследствии и поселка возле нее. Не исключают авторы и версию о жившем в этих краях батыре по имени Айдабол.
И третья, более реалистичная версия гласит, что название Айдабол состоит из двух казахских слов «айда!» (гони!) и «бол!» (быстрее!). Мол, после местных суровых зим казахи издревле проводили весенние празднества и конные скачки — байгу. Подбадривая джигитов на скачках, люди кричали: «Айда! Бол!»
Тетю Катю тоже встревожила новость о приостановке спиртзавода и обрадовало то, что завод продолжит работу. Местное население, по мнению Каламкас Усербаевой, к выпивке равнодушно и больше интересуется молоком.
В других селах если даже молодняк держат, то один-два, а у нас по 15–30.
— Люди наши пусть как бы и самозанятые, но тем не менее хозяйство держат, молоко сдают, молодняк выращивают, на мясо продают, — отмечает предприимчивость односельчан библиотекарь. — Благодаря заводу здесь действительно жизнь есть. В других селах если даже молодняк держат, то один-два, а у нас по 15–30. Многие закупают коров и чисто на молоке живут.
По ее словам, в зависимости от количества дойного поголовья есть возможность зарабатывать по 30–40 тысяч тенге в неделю. Молоко сдают по 115 тенге за литр.
«ДЕШЕВЛЕ ПРИВОЗИТЬ СПИРТ ИЗ ОМСКА»
Заводчане особо не распространяются на тему, как им удалось отстоять предприятие. Они будто боятся вспугнуть хорошую новость о продолжении работы завода. Это после их протестов в конце февраля в Айдабол приехали чиновники из области и уговорили владельцев спиртзавода продолжить работу.
Директор предприятия Петр Ольферт отвечает коротко:
— Завод работает в стандартном режиме. Всё. Вопрос решен. Всё нормально. Завод работает. Всё в порядке.
Однако чуть раньше господин Ольферт был более разговорчив. 19 февраля в интервью корреспонденту Baigenews директор завода рассказал следующее: «Во-первых, если изначально в Казахстане было четыре работающих спиртзавода, то сейчас их восемь. Во-вторых, наша продукция очень дорогая. Работаем с 1997 года на мазуте. Когда мы только перешли на него с угля, он стоил всего три-четыре тысячи за тонну. Сейчас мы приобретаем мазут по цене 92-го бензина. Далее в списке главных затрат — зерносырье. Оно тоже выросло за два года с 55 до 100 тысяч тенге. Это всё отражается на цене. Дорого — соответственно, нет сбыта — уменьшаешь выработку — растет цена продукта. На стоимости конечной продукции сказываются и загрузка. Сейчас мы работаем на 30 процентов — опять же эквивалентно подорожал спирт».
Рабочие спиртзавода, идущие на дневную смену. 26 февраля 2021 года.
Пресс-секретарь акима Акмолинской области Мырзабек Батырулы подтвердил, что завод продолжил работу «после вмешательства акимата». В частности, по словам Батырулы, областной департамент энергетики направил письма в министерство энергетики с просьбой рассмотреть вопрос «по обеспечению завода удешевленным мазутом для бесперебойного отапливания соцобъектов в селе».
Именно дороговизна топлива — одна из основных причин возможной приостановки деятельности предприятия. Социальные объекты в селе, по данным пресс-службы, завод отапливает за свой счет. Кроме того, акимат, по заверениям Батырулы, «изыскивает рынок сбыта» айдабульского спирта.
— Технология изготовления спирта на заводе не менялась в течение века и по-прежнему зависит от стоимости пшеницы и мазута, поэтому себестоимость спирта дороже, чем у других спиртзаводов. К примеру, привозить спирт из Омска дешевле. Виноводочные заводы предпочитают закупать более дешевый спирт, — сообщил по телефону Мырзабек Батырулы.
По данным сайта Statsnet.co айдабульский спирт в последние годы закупали в основном госорганы. А суммы налоговых отчислений начиная с 2010 года доходили до 274 миллионов тенге в год.
Спирт класса «Альфа», «Экстра» и «Люкс» из Айдабола отмечен среди победителей-медалистов XII Международного дегустационного конкурса «Лучший спирт — 2020» в Москве.
ЗАБОТЫ АКИМА ВОДОВОЗОВА
Белая «Нива» акима поселка Николая Водовозова припаркована у двухэтажного здания акимата на фоне памятника Владимиру Ленину. В полседьмого вечера мы застаем чиновника закрывающим двери акимата на висячий замок. Глава поселка, несмотря на окончание рабочего времени, снова открывает акимат и приглашает в кабинет, в котором много комнатных цветов.
Аким села Айдабол Акмолинской области Николай Водовозов. 25 февраля 2021 года.
— Когда это началось, я в район сразу сообщил, что ситуация негативная. Заместитель акима приехала, отдел внутренней политики. Сразу включились в эту работу, и вот, я думаю, совместными усилиями все-таки мы смогли донести, что завод никак нельзя останавливать, — комментирует ситуацию Водовозов, по словам которого завод — единственное предприятие в селе, занимающееся социальной сферой, создавая рабочие места.
Завод дает отопление в детсады, школу и амбулаторию. Помогают нам в социальной сфере. Зимой дороги очищать помогает.
— Завод дает отопление в детсады, школу и амбулаторию. Помогают нам в социальной сфере. Зимой дороги очищать помогает. Летом мы сами. Водопровод той стороны села полностью на них. А эту сторону мы обслуживаем — акимат. Вот представьте, что всё это рухнет в один момент. Плюс та же самая барда, от которой не только Айдабол зависит, но и соседние села — Красиловка, Викторовка, Сандыктау, Байтерек…
Житель села Айдабол переливает барду. 26 февраля 2021 года.
Коровы на барде, со слов акима, дают высокие удои почти целый год. Молоко население сдает местным предпринимателям, которые возят его на четырех молоковозах и сбывают на крупные молокозаводы.
Но не всё так радужно в селе. Нерешенной остается одна из главных, по мнению главы села, проблем — смытая поводком еще в 2017 году проезжая плотина через речку Айдабулка.
— С тех пор мы ее каждый год потихоньку своими силами укрепляем, но пока в первоначальное состояние привести не можем. Плотина находится на балансе РГП «Казводхоз». Мы в нее не можем вкладывать никакие деньги. Это будет как нецелевое использование. И официальную заявку нам хоть проси, хоть не проси — бессмысленно. Поэтому привлекаем крестьян — где сами, где-то завод, — делится заботами Николай Водовозов.
Вторая акимовская задача — восстановление старого клуба.
— У нас реально негде молодежи проводить досуг. Сейчас отдел культуры заниматься сметой вроде бы. Обещают рассмотреть этот вопрос, но пока он открыт. Ждем вот: если профинансируют, может быть, нам в этом году клуб будут делать, — надеется глава села, не забывая упомянуть и о периодическом замерзании в холода центрального водопровода.
В Айдаболе, по данным сельского акимата, проживает 1 057 жителей. Официально трудоспособными считаются 553 человека, из которых 210 работают на заводе. В поселке есть два детсада, амбулатория, аптека и школа, где учатся 170 детей. Расстояние от села до столицы — почти 350 километров.
СПИРТА СТАЛО МНОГО, ПИТЬ СТАЛИ МЕНЬШЕ
По мнению президента Ассоциации добросовестных производителей, импортеров и продавцов алкогольной и табачной продукции Казахстана «КазАлкоТабак» Амиржана Калиева, Айдабульский завод «страдает», потому что предприятию необходимо совершенствовать технологию производства.
Жители села наполняют цистерну бардой. 26 февраля 2021 года.
— Количества спиртзаводов в стране достаточное, и спирт в избытке. А на данном заводе высокозатратное производство и спирт имеет более высокую цену. При этом всё местное население и соцобъекты зависят от работы завода. Поэтому есть потребность, чтобы он работал и по ходу проводил реконструкцию. Над этим, думаю, работают, — сообщил Амиржан Калиев, по данным которого в стране работают пять крупных спиртзаводов, включая Айдабульский.
По данным пресс-службы комитета госдоходов министерства финансов, в Казахстане — 142 производителя этилового спирта и алкогольной продукции, семь из них производят только этиловый спирт: ТОО «Gold Pegasus», ТОО «Tau-Product», ТОО «ALPHA-2050», ТОО «Талгарспирт», ТОО «Кентавр», ТОО «Maximus», АО «Айдабульский спиртзавод» и ТОО «Солодовый спиртзавод «Alfa Organic».
Если в 2013 году, по данным Калиева, в Казахстане производилось около 45–46 миллионов литров водки, то по итогам 2020 года — примерно 22 миллиона литров. Плюс к этому до 15 миллионов литров составляет импорт. Водка в основном импортируется в страну из России, Беларуси, Кыргызстана и Украины.
При этом в течение 30 лет независимости в стране, со слов главы ассоциации, наблюдается устойчивая тенденция к снижению потребления алкоголя.
— Сейчас молодежь мало пьет и люди более старшего поколения, многие из которых стали придерживаться канонов ислама. Пандемия также повлияла на покупательскую способность населения. Второй год не работают полноценно увеселительные заведения. Люди перестали ходить друг другу в гости. Всё это влияет на объемы реализации и потребления, — отмечает Амиржан Калиев.
Согласно рейтингу, составленному на основе исследований ВОЗ, по уровню потребления в литрах чистого этилового спирта на душу населения в 2017 году Казахстан занимал 76-е место среди 189 стран. На одного казахстанца приходится 7,7 литра в год. На первом месте была Молдова с 15,2 литра, далее идут Литва и Чехия. Соседние Россия — на 16-м месте, Кыргызстан — на 96-м.
Источник: Радио Азаттык
