Ербол Емильжанов — водитель машины скорой помощи в Караганде — требовал для себя и коллег нормальных условий труда и заявлял о своих подозрениях о хищениях на станции, но в конце концов остался без работы. Формально причиной увольнения стал отказ трудиться на другой подстанции.
В ЗНАК ПРОТЕСТА
Ербол Емильжанов восемь лет отработал водителем на подстанции скорой помощи в Майкудуке — районе на северо-востоке Караганды. Самый пик его работы пришелся на пандемию коронавируса, когда сотрудники неотложек работали на износ. Тогда его даже наградили грамотой от акима области.
На свою работу Ербол не жаловался, но были претензии по поводу условий, которые, как говорит Емильжанов, не устраивали не только его, но и других водителей скорой помощи. К примеру, водитель обращался в госорганы с подозрением о хищениях в КГП «Областная станция скорой медицинской помощи». Эти письма имеются в распоряжении репортера Азаттыка.
Ербол выражал недовольство и действиями должностных лиц станции, отношением к нему как к работнику. Доходило, говорит водитель, до конфликта, после чего и начались проблемы с начальством.
Ербол Емильжанов, бывший водитель станции скорой помощи в Майкудуке Карагандинской области.
— Осенью я поднял вопрос о выдаче теплой спецодежды, потому что в летней форме работать было уже холодно. Мне говорили, мол, почему я постоянно жалуюсь. На этой почве произошел конфликт с руководством. Тогда мне дали выговор, вызвав на дисциплинарную комиссию. Также вместе с напарником я поднимал вопрос о старых машинах скорой помощи, на которых нам приходилось ездить. В одной даже дверь не закрывалась, открывалась по ходу, мы были вынуждены поставить щеколду изнутри. Потом кто-то снял эту щеколду на видео, была проверка, эту машину от нас забрали и дали другую. Также мы — группа водителей с двух подстанций — жаловались на недоплату за КВИ (коронавирусная инфекция. — Ред.). Мы посчитали, что в такой сложный период нам мало платили, — говорит репортеру Азаттыка Ербол Емильжанов.
Точкой кипения, по словам Ербола, стало то, что руководство решило отправить его на другую подстанцию, с чем сам водитель не согласился. Свое несогласие он мотивировал тем, что из села Трудовое, где он живет, ему будет проблематично добираться до нового места работы — в Караганде. Расстояние, по словам Емильжанова, почти в два раза больше.
— Я считаю, что меня специально убрали, чтобы я перестал поднимать неудобные вопросы и жаловаться. После отпуска мне сообщают, что меня переводят на центральную подстанцию в Караганду. Без моего согласия. Я нигде не расписывался о согласии. На приказе я написал «не согласен», — говорит Емильжанов.
По словам Емильжанова, за пояснением действий он обратился к руководству, но получил неутешительный ответ.
— Я своему директору говорил, что от моего совхоза до центральной подстанции 25 километров, а до нашей подстанции 10 километров. В совхозе нет автобуса до Караганды, и с такси сложно. Тем более мы с супругой вместе работали, вместе ездили. Каждый раз на такси ведь не наездишься в Караганду из села. Видимо, хотели, чтобы я помучился и сам уволился. В знак протеста я отказался выходить на другую подстанцию, потом уже на комиссии я написал объяснительную, где указал, что не вышел на работу в связи с тем, что не согласен с переводом, потому что добираться туда проблематично. Просил оставить меня на своей подстанции, но меня не услышали, — говорит Ербол Емильжанов.
Сначала Емильжанов был уволен приказом от 12 марта 2021 года, с ним расторгли трудовой договор «по инициативе работодателя» за отсутствие на работе без уважительной причины. В акте указано, что отсутствие на рабочем месте Емильжанов объяснил тем, что «отказывается работать на подстанции № 1, так как считает приказ о перемещении незаконным». 15 марта действие этого приказа было отменено, и появился новый приказ — о расторжении трудового договора «по соглашению сторон». Свидетельствующие об этом записи также имеются в трудовой книжке Емильжанова.
Ербол считает, что ему не оставили выбора, и, чтобы не быть уволенным по «статье», которая бы потом сказалась на его трудовой биографии отрицательно, он был вынужден согласиться на увольнение с формулировкой «по соглашению сторон».
РАБОТОДАТЕЛЬ: «ПРЕСЛЕДОВАНИЯ НЕ БЫЛО»
Директор КГП «Областная станция скорой медицинской помощи» Зульфикар Абилкасимов подтвердил информацию о несогласии водителя Ербола Емильжанова работать на другой подстанции. Также он говорит, что водитель «не был уволен, а уволился сам». При этом Абилкасимов подтверждает, что изначально водитель Емильжанов был уволен «по статье».
— Это был не перевод, а перемещение. Перемещение работников на другое рабочее место не требует согласия работника. Мы периодически проводим ротацию — перемещение сотрудников с подстанции на подстанцию, это касалось ряда сотрудников. Ни у кого вопросов не возникло, все вышли на работу, а он единственный, кто не согласился и не явился на рабочее место. Затем по этому поводу была дисциплинарная комиссия, и было принято решение о расторжении с ним трудовых отношений по статье «Прогул». Затем он ко мне подошел, мы с ним разговаривали. Я сказал, что готов закрыть глаза, но он должен выйти на центральную подстанцию, на что он ответил своим несогласием. Затем он попросил написать заявление по собственному желанию, «чтобы не было по статье». Я пошел ему навстречу, и он уволился по собственному желанию, по соглашению сторон. Никаких преследований и гонений не было, — говорит репортеру Азаттыка директор областной станции Зульфикар Абилкасимов.
Внезапное перемещение водителя на другую подстанцию работодатель объясняет «производственной необходимостью». Но чем она была вызвана и почему коснулась именно этого работника, Зульфикар Абилкасимов отвечать не стал. На просьбу прокомментировать доводы водителя о том, что перевод с последующим увольнением мог быть связан с его жалобами на руководство в госорганы и конфликт, Абилкасимов ответил так:
— Наверное, это его личные фантазии, он так считает, но я так не считаю, допустим. Каждый человек вправе обратиться в государственные органы, если у него есть какие-либо сомнения или подозрения. Он обратился в госорганы, у нас была проверка, которая ничего не выявила.
ПРОФСОЮЗ: РАБОТОДАТЕЛЬ ПРАВ
В профсоюзе работников здравоохранения, куда обратилась за комментарием репортер Азаттыка, говорят, что знают о ситуации с водителем. Там подтвердили, что работник действительно был сначала уволен по инициативе работодателя. Профсоюз не усмотрел нарушений.
— Перевод его был в соответствии со статьей трудового кодекса о перемещении работника, без его согласия, — это допустимая норма. Он был переведен и не вышел на смену, и впоследствии его увольняют. Дальше председатель профкома, которая именно на станции скорой помощи, пишет мотивированное мнение свое, где просит руководство станции не увольнять его по статье, а ходатайствует о написании заявления по собственному желанию. Что и было сделано. Водитель пишет заявление по собственному желанию, и выносится соответствующий приказ. В действиях работодателя не усматривается нарушение трудового законодательства, — сказал репортеру Азаттыка Султан Медеубаев, заместитель председателя Карагандинского областного филиала профсоюза работников здравоохранения SENIM.
ЮРИСТ: В ЗАКОНЕ ЕСТЬ ПРОТИВОРЕЧИЯ
45-я статья Трудового кодекса Казахстана, на которую ссылается работодатель, действительно гласит, что перемещение работника на другое рабочее место не требует согласия работника. Однако юрист Нуржан Джалбиров, к которому часто обращаются граждане в числе прочего и по трудовым отношениям, говорит Азаттыку, что в данном случае водитель скорой помощи может обжаловать решение работодателя.
— В трудовом законодательстве есть две статьи — одна о «переводе сотрудников», вторая — о «перемещении сотрудников». Это противоречивые статьи, и где-то даже дублируют друг друга. Просто работодатели порой применяют их по-разному. В случае с данным сотрудником больше похоже на перевод, чем на перемещение, потому что его отправили работать на другой объект — другую подстанцию, а не просто переместили с одного кабинета в другой. Человек, не согласный с таким условием работодателя, имеет право на обжалование. Ему необходимо обратиться в прокуратуру либо департамент юстиции за разъяснением — к какой же именно статье относится его случай: перевод или перемещение? Помимо этого, он может обратиться с заявлением о восстановлении по месту работы, если, как он сам говорит, он не хотел увольняться, но ему просто пришлось это сделать. Также он может обратиться в инспекцию труда, — разъяснил репортеру Азаттыка юрист Нуржан Джалбиров.
Лишившемуся работы Ерболу Емильжанову 53 года. Жена Ербола работает фельдшером на этой же подстанции. У пары шестеро детей, трое из них — школьники. Ербол просто не может себе позволить не работать. Он намерен восстановиться на работе — потому что любит свою работу и потому что с ним «поступили несправедливо».
Источник: Радио Азаттык
