Комитет ООН по правам человека вынес решение в пользу казахстанца. Международная структура признала, что государство нарушило права журналиста Дмитрия Тихонова, который подвергся задержанию на мирной акции протеста в 2014 году.
Затолкать в полицейский автозак журналиста, освещающего протестную акцию, и доставить его на допрос — ситуация вовсе не из ряда вон в Казахстане, который занимает 157-е место из 180 возможных во «Всемирном индексе свободы слова» авторитетной прессозащитной организации «Репортеры без границ». Попытки обжаловать действия полиции в таких случаях не дают результатов: государственные органы, как показывает практика, не усматривают нарушений закона. Казахстанский журналист Дмитрий Тихонов, не раз подвергавшийся задержаниям на митингах, пройдя все инстанции внутри страны, обратился в Организацию Объединенных Наций. Комитет ООН по правам человека вынес решение в его пользу, признав, что государство нарушило право Тихонова на свободное выражение мнения, включающее свободу искать, получать и распространять информацию, а также право на мирные собрания.
Жалобу в комитет ООН Дмитрий Тихонов подал в 2014 году после митинга, который прошел вслед за одномоментной девальвацией тенге. Полиция тогда подавила протестную акцию, собравшую в центре Алматы несколько сотен участников: не разрешенные местными властями собрания считаются в Казахстане незаконными, их участники — правонарушителями. Среди тех, кого закинули в автозак и привезли в управление, был и Тихонов, который освещал протест, будучи корреспондентом издания «Гражданская оборона» (сейчас он сотрудник Казахстанского бюро по правам человека). Его привлекли к административной ответственности, суд наложил штраф — три месячных расчетных показателя, это более пяти с половиной тысяч тенге (около 30 долларов по курсу того времени). Оспаривание судебного решения в Казахстане результата не дало, и он при поддержке алматинского правозащитника Бахытжан Торегожиной, руководителя неправительственной организации «Ар.Рух.Хак», подал документы в ООН. Семь лет спустя получил положительное решение: комитет заявил о нарушениях прав Тихонова, рекомендовал Казахстану вернуть оплаченный штраф и выплатить компенсацию.
В промежутке между подачей заявления в международную структуру и получением ответа Дмитрий Тихонов неоднократно подвергался задержаниям на протестных митингах. Как за последние годы изменилась тактика полиции во время протестов, почему воспрепятствование работе журналистов на митингах продолжается и какие формы оно обретает? Каковы шансы, что государство исполнит решение комитета ООН, учитывая, что подавляющее большинство решений в пользу казахстанцев — их уже свыше трех десятков — остались проигнорированными? Об этом и не только Азаттык поговорил с Дмитрием Тихоновым.
Азаттык: Дмитрий, вы удовлетворены решением комитета ООН?
Дмитрий Тихонов: Я доволен. Отстоял свое честное имя. Но надо понимать, что государство относится к таким решениям как к рекомендательным. Оно считает, что не обязано исполнять, хотя в решении написано, что государство должно восстановить нарушенные права, обязано вернуть штраф, выплатить компенсацию.
СЕМЬ ЛЕТ ОЖИДАНИЯ И ПОБЕДА БЕЗ ОСОБЫХ НАДЕЖД
Азаттык: Как вы оцениваете вероятность исполнения решения?
Дмитрий Тихонов: До меня выигрывала Бахытжан Торегожина, она обращалась в суд, пыталась получить компенсацию. Но государство не стремится выполнять свои международные обязательства. Будем говорить, что оно скорее стремится вообще их не выполнять.
Государство старается сохранить хорошую мину при плохой игре, пытается как-то юлить и говорить «мы пытаемся исполнить». У него просто свое видение происходящего вокруг, своя «правда», которую оно пытается красиво преподнести международной общественности. Хотя, учитывая, что вынесено уже около 30 решений по Казахстану, можно говорить, что [в стране] системные нарушения прав человека. Я не знаю ни одного случая, когда было бы всё исполнено.
Есть резолюции ООН, международных организаций об этом. Учитывая, что резолюции из года в год ужесточаются, а Казахстан на это никак не реагирует, впору говорить о том, государство не исполняет решения в плане гражданских политических прав.
Азаттык: Вы будете настаивать на компенсации?
Дмитрий Тихонов: Когда человек должен 100 тенге в качестве налогов, его начинают трамбовать. Поэтому хочется немного потроллить государство, помучить «в ответку» из-за пяти с копейками тысяч тенге штрафа.
Насчет компенсации… Государство же не из своего кармана будет платить, а из кармана налогоплательщиков — таких же казахстанцев, которые тоже страдают от этого государства. Поэтому особого смысла не вижу требовать моральной компенсации.
Азаттык: От подачи заявления в ООН до вынесения решения прошло семь лет…
Дмитрий Тихонов: Это нормальный процесс. С 2014 года общественно-политическая ситуация в странах Европы ухудшилась, большое количество людей обращается. Семь лет — это нормально.
ЗАДЕРЖАНИЯ И «ДОСТАВЛЕНИЯ». КАК ПРЕПЯТСТВУЮТ ЖУРНАЛИСТАМ
Азаттык: Давайте вернемся к событиям, которые в ООН признали нарушением ваших прав. Как вас задержали на митинге, состоявшемся вслед за девальвацией тенге?
Дмитрий Тихонов: В тот день порядка сотни человек собрались на площади у памятника Абаю, после непродолжительного митинга они пошли на площадь, где их начали задерживать.
Я присутствовал на этом мероприятии не в качестве участника, а как журналист, у меня было направление от работы. Полицейские знают меня в лицо. Тем не менее меня задержали на площади. Прибежали люди в масках без опознавательных знаков и с применением удушающего приема погрузили в автозак, отвезли в Бостандыкское РУВД. Там опросили, я сказал, что журналист, показал все документы. Они посмотрели все видеозаписи, не нашли, что я что-то выкрикивал, и отпустили.
Я в этот момент поехал в административный суд, чтобы дальше продолжить освещение: там начались суды над участниками мероприятия. Когда приехал к суду, мне позвонили полицейские, спросили, где я нахожусь. «Хорошо, стой там». Приехали и снова меня задержали. Доставили в РУВД второй раз за день. Видно было, что им нагоняй дали. Один из начальников кричал: «Почему Тихонов ушел?» Когда меня завели туда, где руководство сидело, и сказали, что доставили Тихонова, они прямо вздохнули. Я до этого часто участвовал в акциях протеста, организовывал их. Видимо, прошлый бэкграунд сыграл роль.
Когда меня привезли во второй раз, я предлагал им свое видео, у меня вся акция была записана. Я держался в стороне от участников. Но рассматривать всё это отказались.
Меня отвезли в суд. Там оштрафовали. Я заплатил штраф, мы обратились с жалобой в апелляционную инстанцию городского суда. На заседании там судья сказала эпическую фразу: «Если вы были не согласны, вам не надо было оплачивать штраф. Если вы оплатили штраф, значит, вы признаёте вину». Решение первой инстанции осталось в силе, это поддержал прокурор.
Мы с Бахытжан Торегожиной решили обратиться в Комитет по правам человека ООН. Нужно было пройти все инстанции в Казахстане. Обратились в прокуратуру, чтобы она в рамках надзора вынесла протест решению апелляционной коллегии. Прокурор сказал, что решение законно, «вы не имеете право обращаться в Верховный суд». И после этого мы обратились в комитет.
Азаттык: Вы подвергались задержаниям во время других протестов?
Дмитрий Тихонов: Такое часто происходило на так называемых несанкционированных акциях. Задерживали возле офиса [партии власти] «Нур Отан», если не ошибаюсь, в 2018 году, когда у них проходил съезд.
Задерживали на акциях протеста против выборов президента в 2019 году, в Алматы они продолжались три дня. Меня в один день дважды задержали, один раз доставили в управление полиции с частью протестующих. Я начал возмущаться, на каком основании меня задержали. Полицейские сказали: мы вас не задерживали. Я спросил: «Мы тогда свободны?» Они ответили: да. Я сказал собравшимся: «Пойдемте тогда обратно». Мы спокойно вышли из полиции. Буквально на подходе к площади подъехали два автозака, всех повинтили и уже закрыли надолго, я около пяти часов просидел там.
Мы пытались опротестовать это внутри Казахстана, обратились в прокуратуру. Но они такую интересную позицию заняли, что якобы меня не задерживали, а доставили для дачи показаний. Я как бы дал показания, меня как бы не задерживали. Но я провел там пять часов! Меня ограничили в праве на передвижение, это по-любому было задержание. На следующий день меня опять задержали. В первый раз коллеги заступились, сказали, что я журналист. Отпустили. Потом началась провокация. Провокатор на меня накинулся, и вместо того, что задержать провокатора, задержали меня. Я просидел в полиции порядка четырех часов. Извинились и отпустили домой.
«ДЕКОРАТИВНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ» и «ФУНДАМЕНТАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ»
Азаттык: Изменилась ли после вступления в силу нового закона о мирных собраниях тактика полиции?
Дмитрий Тихонов: С одной стороны, ситуация декоративно изменилась. У нас другой президент, другой закон о мирных собраниях. Скрепя сердце позволяют проводить некоторым группам мирные собрания. Раньше такое сложно было представить. Проходили несанкционированные шествия, они завершались задержаниями, стычками с полицией. Есть потепление. Но если посмотреть на отношение к участникам протестов, то многие [выходившие на митинги] под стражей. Если раньше у нас были единицы политзаключенных, то сейчас список перевалил за сотню человек.
С другой стороны, журналистам стало опаснее освещать мирные собрания. Даже те, которые не разгоняет полиция. Потому что есть провокаторы, которые мешают работать. В этом плане стало жестче. На журналистов нападают. Вспомним случай, когда в пресс-клубе Казахстанского бюро по правам человека проходила пресс-конференция и толпа женщин, которые так или иначе связаны с акиматом, напала на ваших коллег.
Можно посмотреть записи видеокамер: они набрасывались, пытались отобрать телефоны, у некоторых коллег отобрали телефоны.
Мы вызвали полицию, приехало много полицейских в тот день. Каким-то чудесным образом из всей толпы, которая устраивала погромы, они смогли задержать одну женщину, которую по факту задержали мы. После этого мы обратились с письменным заявлением в полицию о хулиганстве и разбое в группе лиц. Полицейские возбудили дело, один раз пригласили нас на опрос, после этого следственные действия был закончены. Это дело периодически закрывали «за отсутствием состава преступления» или из-за «невозможности установления круга лиц». Хотя мы знаем, что наши журналисты или пользователи соцсетей нашли больше половины этих «лиц», [установили] кто они, как зовут, где работают.
Наши доблестные органы не могли этого сделать, они закрывали дело. Нанятый нами адвокат обращался в суд, это дело восстанавливали, опять начиналось якобы расследование, потом опять закрывали. И вот эта волокита до сих пор идет. Мы теперь даже не знаем, на какой стадии находится дело.
Азаттык: С какими еще трудностями сталкиваются журналисты при освещении протестов? Можно ли говорить, что методы стали изощреннее?
Дмитрий Тихонов: Если взять последние акции протеста. Полицейские раньше могли стеной встать, и ты уже не мог выйти, независимо от того, журналист ты или не журналист. Сейчас, если журналист оказался в кеттлинге (прием, который полицейский спецназ применил против протестующих во время нескольких не согласованных с акиматами акций в конце прошлого и начале этого года, удерживая их в плотном кольце. — Ред.), он сможет выйти оттуда беспрепятственно. Отчасти стало проще. Но с другой стороны, раньше титушки не проявляли агрессии, а сейчас такое сплошь и рядом.
Для недопущения распространения информации отключают сотовую связь. Это тоже воспрепятствование деятельности журналистов. Сейчас такое локально происходит. Нам известны случаи, когда индивидуально отключают связь. Было такое, что у меня, моих коллег в день акций протеста за два-три часа до назначенного времени отрубалась мобильная связь, интернет. Восстанавливалась в лучшем случае через пару часов после окончания митинга. Выезжаешь из зоны акции протеста — всё равно связь выключена. Доходило до того, что на следующий день после протеста я звонил оператору с другого номера, спрашивал, в чем дело. Там сказали: «Ой» — и положили трубку. Связь сразу появилась. Видимо, напрямую воздействуют.
Азаттык: Напоследок хотелось бы вернуться к решению комитета ООН по вашему делу. Что оно значит в вашем понимании?
Дмитрий Тихонов: Это констатация факта, что в Казахстане ничего не меняется. Есть декоративные изменения. Фундаментально проблемы остаются, они накапливаются.
Источник: Радио Азаттык
Комитеты ООН вынесли 38 решений в пользу казахстанцев. Что дальше?
